Клюква со вкусом смерти

На скамье у печки мурлыкал большой черно-белый кот, а у порога лежала беспородная собачонка, со сломанной лапкой, которую баба Дуся подобрала, по доброте душевной, на дороге и теперь лечила. Собачонка благодарными глазами смотрела на свою спасительницу и, позевывая, слушала разговор. На столе пыхтел пузатый самовар; колотый сахар и маковые булочки с вареньем казались Косте верхом сладкой радости, всё напоминало ему о его собственной бабушке, которой уже давно не было на этом свете, о её маленькой избушке в далёкой сибирской деревеньке, куда Костя с матерью уехали во время войны.

– Вы, милок, сюда, говорят, приехали найти настоящего убивца Анфиски Гребковой? – Костя замялся, не зная, как ответить: Андрей Ефимович сказал, что цель визита – проверка по убийству Гребковой. Это скрывать у них нет причин, да и в деревне, практически, нереально, лишь можно вызвать ненужные затруднения в расследовании. Предупредил так же, чтобы Воронцов слушал и фиксировал каждое слово, сказанное любым жителем деревни, будь то ребенок или седовласый старик.

Но лишнего говорить не следовало.

– Ладно, можешь не отвечать, понимаю… Но если хочешь, я тебе кое-что расскажу, – баба Дуся налила Косте чай в большую кружку, – а ты пей, милок, пей, чай с травками, полезный, и слушай. Значит так, скажу тебе сразу, про это тебе поведают и другие: живет в нашем лесу лешак, и все думают, что он-то и убил Анфиску.

– Кто-кто? – Костя округлил глаза.

– Не перебивай, слушай! Потом спрашивать будешь, а то собьёшь меня с мысли.

Началось это в далёкие-далёкие годы, в самом начале века. Было мне в то время шестнадцать лет, как и моим подружкам. Среди нас была Парашка, девка не красавица, но уж больно боевая, задорная. Леса наши знала, как свою улицу. По грибы ли, по ягоды мы только с ней ходили. Уведёт, бывало, нас за много вёрст от деревни, мы уж и трясёмся, и оглядываемся, а ей всё нипочем. Приведет в такое место, где и грибов наберем – не донести, и ягод полны лукошки, и спокойно идёт назад. Вроде место незнакомое, а глядь – среди деревьев наша деревенька вдруг покажется. – Баба Дуся шумно отхлебнула чай: – Простыл уже, подогреть надо бы… Так подробно рассказываю почему? Поймёшь, если дальше будешь слушать.

Старушка встала, нащипала лучины и разожгла заново самовар. Костя зевнул.

– В сон, никак, потянуло? Погоди, сейчас свеженького попьем – отпустит. Без чая в деревне вечер не вечер. Деды наши по нескольку самоваров выпивали.