Тайна старых картин

Узнав, что девушка, до сей поры, не найдена, он вызвался помочь в поисках, при этом сказав, что видел, как Дарья получила записку, которой очень обрадовалась. Таким образом, было высказано предположение, что rendez-vous назначено вне дома. Решено было тотчас же отправиться во двор.

Взяв с Аркадия слово молчать, чтобы не предстало их взорам, Домна Кузьминишна поспешила в переднюю, где встретила вернувшегося отца семейства. Гордей Устинович был в легком подпитии и весел.

Но узнав причину мрачного настроения супруги и гостя, скинул шубу и в праздничном фраке присоединился к поискам.

В дворницкой были взяты фонари, а обеспокоенная прислуга не смогла остаться в стороне: кучер и дворник, не отошедшие ещё от хмельного угара, плелись в хвосте мечущихся по двору хозяев и их гостя. То тут, то там все сталкивались друг с другом, обыскивали теперь уже все углы двора.

В голове бедной матери билась мысль: «Сбежала, мерзавка! Не углядела я!»

Уже на ватных ногах она приблизилась к спине супруга, который отворил дверцу дальнего подвала, в котором ещё недавно пряталась от детских глаз пушистая лесная гостья.

По тому, как он глухо охнул, женщина поняла, что беглянка найдена, и хотела было обойти мужа, но тот тяжелой рукой отстранил её от входа.

Но Домна Кузьминишна не желала играть роль стороннего наблюдателя: она проворно поднырнула под толстый локоть Гордея Устиновича и ринулась в разверстую пасть холодного подвала, муж же только попытался ухватить её за подол, но шелк праздничного платья выскользнул из непослушных пальцев.

Вой раненной волчицы ударил в серые стены каменного мешка. Домна Кузьминишна смогла произвести на свет лишь этот звук, дальше послышалось горловое бульканье: она замертво упала на руки мужа.

А у нижних ступеней лежала прекрасная их дочь с кинжалом в левой стороне груди.

Открытые глаза её вопрошали: «За что?», а правая рука, лежа на животе, будто старалась скрыть девичью тайну, теперь уносимую ею в могилу.

Год 1955, январь

Заехав за Варей в мастерскую Лебедева, Дубовик поинтересовался у художника результатами исследования картины, тот, молча кивнув, пригласил подполковника пройти.

Картина была прикрыта чистой холстиной.

Лебедев предложил гостю кресло, сам сел у картины.