Чужая война

Либо сказывается усталость и отсутствие перерыва между заданиями. Либо Сим прошел специальную подготовку…

– Наблюдатель? – хмуро поинтересовался Элидор.

– Сечешь, – одобрительно заметил Сим. – Не переживай. Я кого хочешь могу выключить. Даже Шарля получилось один раз. Так что у тебя за задание?

– Нужно ехать в Мерад, – Элидор вздохнул. Предстояло сказать речь слишком длинную для его нынешнего расположения духа. – Там есть человек. Зовут Самуд. Его надо найти и убить.

– Найти, значит. – Сим поставил кубок и почесал нос.

 – А его так и зовут Самуд? Ни титула нет, ни прозвища?

– Прозвище есть. Сераскир.

Взгляд гоббера стал каким-то непонятным.

– Сераскир, говоришь? Самуд? Элидор, ты, что совсем никогда в Эзисе не был?

– Совсем, – ноги затекли от непривычной позы, и эльф завозился, пытаясь устроиться поудобнее.

– Ты сядь как я, – сказал Сим с неожиданным сочувствием и каким-то почтительным ужасом. – Совсем никогда?

– Совсем! – рыкнул Элидор. – Как тут проще всего найти человека?

– Дом Самуда на площади Судирса Справедливого.

– Откуда ты знаешь?

Сим удостоил эльфа еще одним непонятным взглядом и молча покачал головой.

Воеводство Уденталь. Столица

У Карела Хальпека был выходной. Вчера он со своим десятком патрулировал веселый квартал, а под утро отправился в кабачок «Счастливая монетка». Выпить и отдохнуть. Там десятника ждал сюрприз в лице необыкновенно красивой и, главное, одинокой девицы. Впрочем, сюрприз оказался строптивым. Девка расцарапала Карелу всю морду, вырвалась от него, не забыв даже лютню, и выскочила из кабачка.

Десятник погнался за ней. Не родилась еще женщина, которая могла бы удрать от Карела Хальпека… Но эта стерва-шефанго, уже полгода живущая в Удентале и успевшая скорешиться со всем здешним офицерьем, очень не вовремя оказалась на дороге.

Как пить дать, оприходует девчонку. У шифангов с этим запросто. Захотел – мужиком стал. Захотел – бабой.

Карел с горя вернулся из казармы в «Счастливую монетку», где и остался запивать неудачу пивом.

К третьей кружке десятник начал забывать про эльфийку. К пятой гнев на шефанго стал почти осязаемым. К десятой Хальпек твердо решил, что не завтра, а сегодня же, несмотря ни на что, повяжет стервозную бабу.

А когда он потребовал себе одиннадцатую кружку эта баба… нет – мужик… – перекинулась, нелюдь! – сам вошел в кабачок.

С нечленораздельным рыком Карел поднялся навстречу.

Посетители повымелись из-за столов, прижимаясь к стенам.