Дар колдуна

Оставалось надеяться на чародеев или Мартина. Кто-то из них уже мог что-нибудь найти.

Вздохнув, Леона вылезла из-под одеяла и опустила ноги на пушистый ковёр. Позвонила в колокольчик, вызывая служанку с тазом для умывания, подошла к окну. Там, на улице, небо наливалось серой хмарью и ветер хлестал в тонкое витражное окно. Леона опёрлась руками на столешницу, разглядывая не слишком приветливый пейзаж, и вдруг наткнулась ладонью на что-то. Опустив глаза, принцесса увидела под пальцами вчерашний рисунок, поразительно напоминающий Рикарда Моди.

Едва очерченные её собственной рукой губы на более юном, чем в реальности, лице насмешливо кривились. Дрожащими пальцами Леона подобрала лист со стола, вгляделась в изображение – и, скомкав бумагу в руке, отошла от окна. Запахнувшись в халат, девушка вышла в кабинет и, кивнув служанке, подошла к камину. Рисунок полетел в пламя, мгновенно загорелся, чернея и осыпаясь пеплом. Несколько секунд Леона смотрела на пляшущий вокруг листа огонь, а потом с тяжёлой задумчивостью повернулась к растерянной горничной. Что это было? Предостережение, предсказание? В топку все эти странности.

Быстро умывшись, Леона села перед зеркалом, впервые мысленно сетуя на то, что принцесса всегда должна выглядеть подобающе. Ей хотелось скорее идти к чародею, проведать отца, поторопить этих служанок, казалось бы, еле-еле укладывающих волосы и убирающих платье. Хотелось собраться и причесаться самой – она ведь не неженка, она умела. Но Леона оставалась на месте, бесстрастно разглядывая своё отражение в огромном зеркале.

Пока там справятся без неё, да и время сейчас раннее. Не стоит нарушать правила негласного дворцового этикета без нужды.

Когда наконец всё было готово, а служанки порскнули из кабинета вспугнутой птичьей стайкой, Леона с облегчением выдохнула. Придерживая подол платья, принцесса быстро пересекла кабинет и, бросив взгляд на потрескивающее в камине пламя, вышла. Только обгорелый клочок бумаги медленно спланировал на пол, да так и остался там лежать.

Вопреки ожиданиям Леоны, коридоры дворца вовсе не были пусты. То в спальню короля, то из неё сновали слуги и чародеи. Тихая суета почему-то не успокаивала, а лишь подчёркивала обосновавшуюся во дворце атмосферу тревоги и печали. На втором этаже тоже постоянно пробегали дворцовые люди – уже в комнаты к тем гостям, которые не успели уехать. Кто-то, видимо, собирался в дорогу – между комнатами ходили слуги с вещами и сопровождающие в дорожной одежде.