Откровение. Цикл «Принц Полуночи»

И о том, как называется планета, и о том, откуда взялось название Сиенур, и о том, что шефанго обитают во множестве миров и им нужны слова, чтобы отличать один мир от другого. И о том, что в Сиенуре нет ограничений на использование магии в мирное время.

В этом и заключалась проблема. Всё, что он видел – а он ведь почти ничего и не успел ещё увидеть, – напоминало об Эльрике. Сиенур должен был захватить целиком. В любых других обстоятельствах в его исследование – преимущественно эмпирическое – Зверь ушёл бы с головой и даже, наверное, забыл оглядываться на неизбежную в любом из миров, на любой из планет угрозу заслуженной смерти.

Но сейчас он мог думать только о том, чтобы как можно скорее покончить с текущими делами и уйти на обочину Дороги.

Увидеть Эльрика.

Убедиться, что он жив.

Зачем? Это нерационально и необъяснимо. Ясно же, что Эльрик жив, и что уже не умрёт, и что остаётся только ждать, пока его вылечат.

Ждать…

Вот на это сил и не было. И не было объяснений занимающему все мысли желанию увидеться с ним.

А раз не было объяснений, стоило включить мозги и заняться текущими проблемами…

Перемать! Да проблема-то одна-единственная: Эльрик.

Зверь пытался запустить хоть какой-нибудь мыслительный процесс, хоть самый примитивный, но всё, что пока получалось, – это идти за Ринальдо по гравийной дорожке между утопающими в цветах и зелени домиками. Так выглядела гостиница в больничном городке – небольшие коттеджи, беспорядочно понатыканные в просторном парке. Курорт какой-то, а не клиника.

Ладно, санаторий. Санаторий – это нормально.

Из ближайшего дома, как теплом от печи, дохнуло болью и страхом. Душевной болью, но такой сильной, что она могла бы дать фору боли телесной.

Зверь сбился с шага.

Не мог он пройти мимо. Никто бы не смог.

На то, чтобы забрать себе всё, опустошить источник, ушли доли секунды. Людям там, в доме, стало – никак. Не больно. И не страшно. Им стало сонно, безразлично и безмысленно.

– Есть ещё дом Эльрика в Удентале, – произнёс Ринальдо.

 – В центре города, но очень уединённый. Там ты сможешь жить в полной изоляции.

– Так себе санаторий, – сказал Зверь.

Нет, он не удентальский дом имел в виду. И Ринальдо это понял. Ринальдо, кажется, вообще всё понял, потому и сказал про дом именно сейчас. Минутой раньше Зверь выбрал бы место, где никого нет и не будет. Территорию клиники отделяла от города лишь красивая кованая ограда высотой чуть выше колена. Дом в центре – это где-то совсем недалеко.