Врагов выбирай сам. Цикл об Артуре Северном

Что увидел тот в его взгляде, осталось для самого Альберта загадкой, но улыбка разом угасла. Менестрель молча кивнул и исчез. Секундой позже его голос послышался уже из другого конца зала.

– Эк его сдуло! – рассмеялась Ветка, – слушай, вы с ним дела какие-то затеяли, да?

– А что?

– Да ничего, – она расправила передник, – просто, не обижай его зря, ладно? Блаженный он, это все знают. Давно бы мог при воеводе каком или даже при князе зажить как сыр в масле. Его, говорят, и герцог приглашал в придворные музыканты, а он все бродит.

Песни поет. Странные. Говорят, он и в Пустошах был, в Сером лесу эльфийском королю пел, на Триглав поднимался…

– На Триглав?

– Это говорят так, – Ветка подняла брови, хлопнула ресницами, – ты спроси у него, он расскажет.

– Как его хоть зовут-то? – спросил Альберт.

Между тонких бровей залегла чуть заметная морщинка. Прозрачные глаза сосредоточенно потемнели…

– Слушай, а я не помню, – Ветка моргнула, на сей раз без всякого кокетства, просто от растерянности, – вот вертится где-то тут… – она покрутила рукой возле уха, – а поймать – никак.

Да ты у него и спроси. И про Триглав, и про имя.

– Спрошу, – кивнул Альберт, – обязательно спрошу.

А уборку Ветка не оценила.

Когда Альберт распахнул дверь дома, она вошла в полутемный холл и остановилась, оглядываясь:

– Фу, какой свинарник…

– Почему это свинарник? – обиделся маг, – я прибрался, подмел, даже полы вымыл.

– И стены заодно, – фыркнула Ветка, – одной и той же тряпкой, да?

Альберт пожал плечами, не желая уточнять, что тряпкой он не пользовался вообще.

– Тут простой уборкой не обойдешься, – Ветка прошлась по мозаичному полу, – посмотри только: пол побит, шпалеры выцвели, а здесь вон и вовсе клочьями висят. И светильник, – она подняла голову, разглядывая древнюю лампу под потолком, – непонятный какой-то.

– Волшебный, – объяснил Альберт, и уточнил торопливо: – разрешение есть.

– А зажигается как? – спросила Ветка.

Маг нашарил на стене тонкий, резной рычажок. Повернул.

Просторный холл залило мягким и ярким светом.

– Ну и свинарник! – Ветка рассмеялась. Волосы ее светились, как начищенная медь, – менять тут все надо, господин Альберт. А дом хороший, – она открыла дверь в зеркальную залу, заглянула, прошла к другой двери, – когда-то здесь красиво было. Если б не храмовники, давно уже занял бы кто-нибудь. Повезло вам с братом.

– Здесь туалетных комнат аж четыре, – похвастался Альберт.

– Каких? – Ветка удивленно обернулась.