Овации

Когда мы поженились, телевизоры были черно-белыми, мы смотрели их, но редко, потому что были молодыми. Нам хотелось гулять, ходить на свидания, проводить время вместе у реки.

Потом, когда у нас родились и росли дети, телевизоры были цветными. И у нас в квартире тоже был один. Но мы его смотрели тоже редко, потому что много работали оба. И с детьми проводили много времени: играли, кормили, укладывали спать. И только потом шли смотреть какой-нибудь хороший фильм. Жена плакала, как правило, в каком-нибудь месте. Я говорил, что это всего лишь фильм.

А она отвечала, что знает. Потом мы шли довольные спать.

Дети выросли, разбежались, создав свои семьи. У нас родились внуки. Мы помогали с ними нянчиться, баловали внуков разными вкусностями и подарками. Ездили иногда вместе отдыхать на море. Купались, ели шашлыки, пили лимонад и вино. Дети и внуки загорали, а мы уже прятались от сильного солнца, потому что возраст не позволял.

Мы с женой купили новый диван, на котором сидели перед телевизором и балдели, смотря разные программы.

Теперь у нас было много времени, потому что мы находились на пенсии. Так я щелкал пультом, переключая с одного канала на другой. Количество каналов увеличивалось с каждым годом, все они были увлекательными. И даже времени в сутках не хватало, чтобы посмотреть все, что хочется.

Мы не любили рекламу, которая очень часто прерывала фильм или программу на самом интересном месте. Нам приходилось смотреть и слушать информацию про шампуни, майонез, порошки, инструменты для ремонта, детское питание и даже прокладки и тампоны.

Со временем мы попривыкли и воспринимали такие моменты как должное. Можно было сходить в туалет. Или налить чай, или сделать бутерброд. Или просто о чем-то подумать.

Накануне одного из дней я перенервничал, потому что дочь приходила к нам со свежим синяком. Муж ее выпил хорошенько на работе, пришел домой и стал драться. Дочь переночевала у нас, а на утро мы решили идти и говорить с ним, когда он проспится. Утром я встал с кровати и упал на пол.

Жена всплеснула руками и вызвала скорую. Одна половина моего тела совсем не двигалась. Дочь кричала, что у меня инсульт.

Из меня речевым потоком шла реклама. Та, которую мы смотрели долгие годы. Я болтал, бормотал и не успокаивался. Как потом жена рассказывала, она была очень удивлена, потому что за всю жизнь я ни разу не произнес ни одного текста рекламы.

Скорая увезла меня. Я провалялся в стационаре, где меня отхаживали и подбирали препараты.