Давай никогда не встретимся

Пить с утра на голодный желудок попахивало алкоголизмом, за исключением случаев, когда был серьёзный повод. Сейчас он был. Я собиралась как следует напиться и никуда сегодня не выходить. А может вообще больше из дома не высовываться. Я нервно хохотнула и, забрав бокал с бутылкой, поплелась обратно. На душе было гадко до невозможности.

В комнате я упала на подушки, сделала первый глоток. Живот обожгло жаром. Я запрокинула голову и прикрыла глаза, открывая дорогу воспоминаниям. Чем ещё оставалось заняться теперь, когда случайно узнала правду? Подогретые вином, картины прошлого роились перед внутренним взглядом, и я проживала одну жизнь за другой, вспоминая то, чего не должна была знать до самой проклятой встречи.

Вечерело. Я сидела на брусчатке около переполненного людьми трактира и чертила на бумаге угольком. До ушей доносился громкий хохот мужиков. Дрожащий свет фонаря плясал на листе, а рядом лежала, посапывая во сне, уличная шавка. Прохожие кидали на меня презрительные взгляды, наверняка принимая за нищего.

Меня это более чем устраивало. Нищие никого не беспокоят. Интересно только, как бы вытянулись их лица, если б они узнали, что под широкой мужской шляпой прячется вполне себе красивое женское лицо? Хотела бы я посмотреть на это.

Добавив ещё одну черточку к лежащему на коленях плану, я замерла. Прислушалась. Кто-то, игнорируя шумную таверну, шёл ко мне. Старые сапоги остановились у самого хвоста псины, заставив ту заворчать во сне. Я усмехнулась и не поднимая головы спросила:

– Что ты будешь делать, если захочешь спрятать от мира самую опасную, самую желанную вещь из когда-либо созданных?

Над головой хмыкнули, а потом грубоватый голос Скряги произнёс:

– Как ни прячь, умыкнут.

Умельцев хватает.

– И всё-таки?

Отпихнув сапогом шавку, которая, вякнув, потрусила прочь, Скряга сел рядом.

– Запер бы её в каком-нибудь неприступном месте, – ответил без энтузиазма. – Выбрал в стражу лучших людей, дал им натасканных собак. В конце концов покрыл бы вещицу втихую ядом, чтобы прикончила вора в последний момент.

– Вот-вот, – кивнула я, переворачивая план. – А что сделали они? Отдали ключ так называемому хранителю и велели беречь из поколения в поколение. Кого остановит семейка хранителей?

– Не нас так точно, – рассмеялся парень, посматривая на план.

Нахмурившись, я убрала лист и сурово взглянула на Скрягу.

– Всё узнал?

Тот кивнул.

– Они действительно уезжают завтра вечером на приём.