Липкие люди

Чем ты опять недоволен?

– Тоже мне: поймала птицу счастья за крыло! По факту, мы с тобой вдвоём: и сиделки, и лакеи, и уборщики, и похоронное бюро. А квартиры после стариков отходят всё равно государству или чужой родне. Смысл фонда?

– Придурок! Я тебе сто раз говорила: на фонд ренту сложно оформить. Нужно менять устав. Но все наши попечители наверняка будут против. Тогда получается: из-за квартир мы ухаживаем, а не по велению сердца. А Каратову и остальным благотворителям – главное чистенькими остаться.

Они думают: на их сраные две-три тысячи долларов можно прокормить и вылечить дюжину стариков.

– Ну так сделай хоть что-нибудь? Ты же законы знаешь! Почему мы пашем за гроши и смотрим: как квартиры другим отходят!

– Раз ты такой инициативный, сам иди к другим юристам и консультируйся. Они тебе мои слова подтвердят: такие сделки…

Так и продолжали бы спорить супруги, если б, словно из-под земли, не возникла тень старушки. Седые волосы, белые одежда и аксессуары делали её похожей на призрака.

На удивление, призрак оказался весьма разговорчив:

– Добрый день! Примите мои самые искренние соболезнования! Мне Сергей Сергеевич всё в подробностях поведал: как вы опекали Ефима и как помог ваш фонд.

– Фонд не наш, а был организован известными людьми для поддержки артистов. – как можно пафоснее промолвил Эдуард. Увидев хотя бы одного зрителя, он распрямился и мгновенно вошёл в роль благотворителя. – Однако если бы не усилия и протекция Сергей Сергеевича…

– Ну что вы! – всплеснула руками старушка.

 – Фонд был бы мёртв без вашего участия, как и большинство обитателей данного места.

– Вы сильно преувеличиваете наш вклад. – закокетничала Кира, также включаясь в разыгрываемую перед старушкой пьесу под названием: «Самые бескорыстные благотворители – это мы!»

– Какое тут преувеличение… – старушка вдруг погрустнела. – Вы обратили внимание на сопровождение Малининой?

– Пожилому человеку сложно без поддержки. Ничего странного не вижу.

 – безучастно сказал Эдуард. Тут он понял: к чему ведёт вся эта светская беседа и старался делать всё возможное, чтобы в будущем старая балерина и её подруга не обременяли их фонд своими просьбами.

– Ну как же можно быть таким доверчивым! – старушка явно обиделась, так как ожидала другой реплики. – Я уж и с Сергей Сергеевичем всё обсудила. Нужно помочь великой артистке!

– А чем мы можем помочь? – Эдуард излишне театрально развёл руками.