Нектар краденой черешни

– Ладно, чего уж там… – Инга примирительно махнула рукой и, меняя тему, поинтересовалась: – Куда пойдем?

– Прогуляемся по набережной, – быстро ответила Мария и с надеждой спросила: – Так о чем вы с Алексеем договорились?

Анну, видимо, эта тема тоже горячо интересовала, потому что она, чуть приоткрыв рот, уставилась на Ингу в ожидании ответа.

– Да ни о чем мы с ним не договорились, – с легким раздражением обронила Инга и, закрывая тему, кивнула в сторону набережной: – Идем?

* * *

Алексей вернулся домой разъяренный.

Что эта девица себе позволяет? Да как она вообще разговаривает? Он так и видел прищуренный взгляд ее серых глаз – холодный, как сталь, и надменный. Фифа. Тьфу! Избалованная московская стервочка она, а не психолог. Даже если у нее и имеется диплом психолога, то наверняка купленный – богатым папенькой, дядей или любовником. Жаль времени, которое он на нее потратил.

Алексей, отчаянно про себя ругаясь и перескакивая через ступеньки, взлетел на второй этаж.

– Нин Пална! Нин Пална!!! – Его зычный голос наполнил весь дом. И тут же раздались торопливые шаги по лестнице: домработница вышла из своих кухонных хором и спешила узнать, по какому поводу хозяин развопился на весь дом.

– Добрый вечер, Алексей Юрьевич. Звали?

– Да! – рявкнул Алексей и одарил домработницу таким взглядом, словно на ее месте неожиданно оказалась не добродушная пожилая женщина, а московская фифа. – Кофе хочу, Нин Пална.

– А как же ужин?

– Нет, не хочу есть.

Кофе сделайте, пожалуйста, я сейчас спущусь. И посмотрите в аптечке что-нибудь от головы.

Он поморщился и потер ладонью лоб. Домработница еле заметно покачала головой, не одобряя отказ от ужина, но настаивать не стала, зная, что это приведет разве что к дополнительной вспышке раздражения хозяина.

– Как Лиза? – спросил Алексей. Не стесняясь пожилой женщины, стянул через голову «шведку» и швырнул ее на кровать.

– Девочка – хорошо. Мы до обеда гуляли с ней по пляжу.

После обеда Лизонька немного поспала, потом я накормила ее ужином. Сейчас она в своей комнате – читает.

– Ладно…

В это его «ладно» был вложен многогранный смысл: и удовлетворение, что с дочкой все в порядке, и сокрушение по поводу того, что ему некогда заниматься с ней. И что он даже не может найти своей дочке хорошую постоянную няню, а домработнице, временно взявшей на себя эти обязанности, следует прибавить зарплату.