Путь Любви

Недоверчиво косясь на нас черными глазками, рыжая зверушка молниеносно перетаскала лещину в свое дупло на другом дереве и махнула нам лапой:

– Пойдемте!

Белка прыгала по веткам деревьев, постоянно оглядываясь на нас, а нам с рефери пришлось продираться сквозь кусты и заросли, продвигаясь вглубь леса. Слава богу, этот Старый, кем бы он ни был, действительно обитал недалеко. Минут через двадцать мы вышли к пересохшему ручью с каменным дном, посреди которого рос огромный куст в два моих роста с торчащими во все стороны острыми ветками.

– Вот Старый, давай орехи.

– Где Старый? – не поняла я, доставая белкину награду из кармана и ссыпая ее под ближайшее дерево.

– Старый!!! К тебе пришли!!! – запищала рыжая ультразвуком и запустила в куст огромной шишкой.

– Алиска, это самое… – неуверенно начал Ори, но продолжить не успел.

Куст ожил, ветки закачались, приподнялись и двинулись в мою сторону.

– Твою ж мать, – охнула я, инстинктивно попятившись, запнулась о торчащий корень и, чуть не выронив паука, полетела назад.

Упасть мне не дали сильные руки рефери. Молча придержав меня за талию, он придал мне вертикальное положение и снова отступил в сторону.

– Алиска, недотепа, смотри под ноги! Убьешь же обоих! – возмущался Ори, пока я, забыв поблагодарить рефери, продолжала отступать от медленно приближающегося куста. – Поговори уже с ним, чего пятишься?

– С кем? С кустом? – севшим голосом поинтересовалась я, думая, поможет мне в данной ситуации шин или всё же нет.

– С каким кустом?! Это ёж!

Ёж? Я остановилась, вглядываясь в невероятное сооружение.

– Эй, вы меня слышите? – спросила я громко.

Куст остановился и покачался из стороны в сторону.

– Человек разговаривает? – глухим скрипучим голосом раздалось из-под веток. – Что ты здесь делаешь?

– Меня зовут Алиса, да, я могу разговаривать с вами и мне нужна ваша помощь!

– Срежь иголки.

– Что?

– Срежь, тяжело!

Я недоуменно посмотрела на Ори.

– Чё ему надо?

– Ммм, мне кажется, он хочет, чтобы ты его подстригла… – задумчиво выдал паук, а я пригляделась к ежу.

Острые иглы, что я сначала приняла за ветки, разрослись во все стороны, в некоторых местах перепутались, и были унизаны листьями, травой и прочим органическим мусором. Между ними валялась земля с камнями, мох, чья-то шерсть, так что ежового тела даже не было видно.

– Ты хочешь, чтобы я обрезала твои иглы? – уточнила я.