Помраченный город

Однако с его стороны было бы чистым самоубийством сказать такое напарнице, пребывавшей в самом дурном расположении духа.

– Как, ну как можно было угодить в собственную ловушку?! – не унималась Адель.

«Могла бы и не напоминать», – с раздражением подумал Дармер, которого итак последние полчаса неустанно тыкали носом в его провал (и в прямом, и в переносном смысле) все, кому не лень. Особенно старались недавние противники. Больше всех ухмылялась Пристина. Силы у нее немного восстановились, руки ей вылечили, и девчонка снова превратилась в комок ехидства и наглости.

– И это ты называл меня слабой? – с ударением на «ты» сказала Пристина, скалясь. – Может, я не самая сильная, но врагу придется хоть немного напрячься, чтобы победить. А против тебя и делать ничего не нужно, достаточно стоять и ждать, когда ты победишь себя сам.

Ее команда расхохоталась. Смеялся даже рыжий парень, имени которого Дармер так и не смог вспомнить. А ведь всегда вел себя так молчаливо и тихо, что мало кто обращал на него внимание.

Гиртаб, жилистый юноша со светлыми волосами, смеялся негромко, с надменной улыбкой на красивом лице.

– Признаться, я даже не думал, что подобное возможно. С таким союзником никаких врагов не надо. Это так нелепо, что я готов отказаться от победы над тобой, – сказал он Адель. – Ты и без того достаточно унижена.

Грязное, в саже лицо девушки перекосила гримаса. В битве ей немало досталось.

«Она мне этого никогда не простит, – обреченно подумал Дармер. Про себя он костерил себя последними словами: – Это ж надо было попасть в яму-ловушку, которую успел поставить Лонган перед тем, как его уложили поспать! Последним олухом себя чувствую».

Оставшись одна, Адель сделала все, что могла, но Гиртаб, лишь немногим уступавший ей в силе, вместе с подоспевшим товарищем просто раздавили ее.

– Вообще-то ловушку ставил не я, а Лонган, – попытался Дармер хоть немного оправдаться, указывая в сторону приведенного в сознание и скромно стоящего в стороне третьего члена отряда, невзрачного русоволосого паренька, который провалялся лицом вниз весь бой.

– А для чего мы вчера весь вечер просидели над картой лагеря, с ловушками, с периметром, по которому ты должен был проложить сигнализацию?! – взвилась Адель, которая была просто вне себя. Дармер начал жалеть, что вообще заговорил.