Сказка древнего Чиргара

Но трое из них приходились роднёй приближенным эмира, а у одного из оставшихся троих не было шестого пальца на правой руке. Итак, осталось только два претендента на роль наследника эмира. Один из них нам известен. Волей судеб им оказался Ашур. Конечно, он не знал, зачем его похитили прямо у ручья, где он обычно копал для отца глину. Он успел разглядеть только, что нападавших было двое, и одеты они были во все черное. Их лиц Ашур не разглядел из-за капюшонов, закрывавших не только их головы, но и рты. Наш пленник знал, что такие капюшоны постоянно носили слуги эмира, для того чтобы их дыхание не могло достигнуть и потревожить Богом явленного владыку.

Ашур, конечно, не догадывался, зачем его привезли во дворец эмира, но страх не коснулся его сердца.

Когда с глаз Ашура сняли черную повязку, он сразу понял, что попал в то место, о котором грезил. В огромном зале среди белых мраморных колонн на небольшом возвышении, устланном огромным шёлковым ковром, сверкала и переливалась самоцветами золотая тахта эмира Эристана.

Повелитель восседал на своём сказочном троне, подогнув ноги и облокотившись на подушки из чистейшего шелка. Государь был одет в куртку из белого сатина, украшенную тонкой вышивкой из золота и серебра. На голове его был тюрбан из золотой ткани с султаном, прикреплявшимся к тюрбану крупным бриллиантом. Рядом с эмиром стояли евнухи: одни павлиньими хвостами отгоняли мух от повелителя, другие широкими опахалами освежали воздух, третьи, стоя в самых смиренных позах, ожидали, когда господину понадобятся их услуги.

Оглядевшись по сторонам, Ашур заметил, что неподалёку от него стоит ещё один пленник, которому также только что сняли повязку. Они были чем-то похожи друг на друга – юноши одной породы, рожденные одной землёй и одним небом. Да и одеты они были одинаково, как одевались простые селяне: длинная рубаха и штаны из хлопка, уже полинявшие от солнца, высокие остроносые башмаки со шнуровкой да белая повязка на голове.

Повелитель подал знак, и стражники подвели пленников поближе к возвышающейся платформе, и поставили их на колени.

Эмир задал каждому один и тот же вопрос:

– Кто ты?

Неизвестный юноша ответил первым:

– Я – Ходадад, сын Гафура-жестянщика.

Властелин чуть заметным жестом подал знак евнухам, и сына жестянщика увели. Почти беззвучно и незаметно он растворился меж длинных черных одежд его сопровождавших.

– Кто ты? – спросил эмир Ашура.

– Я – сын эмира, – ответил он без промедления, торопливости и дрожи.