Сказка древнего Чиргара

Справа от бассейна за ажурной решёткой находился внутренний дворик, ведущий на женскую половину в гареме эмира. Обычно Ашур не задерживался здесь, у решётки, но сейчас он подошёл и заглянул за ограду. Юная дева с покрытой тонкой шалью головой сидела в тени чинара. Её звали Гюзель. Она была последней и самой молодой наложницей эмира. Не далее как вчера её привез посол Фархидского эмира. Ничего этого Ашур не знал. Смиренный образ девушки, склонившей голову, был ему почему-то душевно созвучен. Ашур окликнул её:

– Эй, подойди сюда.

Гюзель подняла глаза и посмотрела на него. Глаза у неё были голубые, лицо, хотя и смуглое, но с правильными тонкими чертами, небольшим ртом и чуть заметной ямочкой на подбородке. Гюзель осторожно посмотрела по сторонам – не наблюдает ли кто-нибудь за ней и молодым господином, окликнувшим её. Кроме двух павлинов, мирно прогуливавшихся в отдалении, никаких иных возможных наблюдателей, она не заметила. Порывисто встав, Гюзель подбежала к ограде.

– Я не знаю, кто Вы, но я чувствую, что Вас мне послал Аллах. Я так молилась, и ждала хоть какого-то знака о спасении.

– Кто ты, прекрасное дитя?

– Меня зовут Гюзель. Люди Хасан-бека похитили меня, когда мне было тринадцать лет, чтобы получить выкуп. Они думали, что я Чиргарская принцесса, а я всего лишь её служанка. Меня держали рядом с госпожой и наряжали, как её, чтобы запутать врагов Чиргарского правителя. Когда правда раскрылась и Хасан-бек не получил выкуп, он отдал меня в свой гарем, чтоб я прислуживала его женам.

Четыре года он не замечал меня, я не знала, что готовит мне судьба, пока Хасан-бек не решил подарить меня эмиру Эристана вместе с другими подарками.

– Стать наложницей эмира – большая честь для бедной девушки. Многие бы хотели оказаться на твоем месте, жить в роскоши и богатстве. Разве не об этом мечтает любая простая девушка?

– Видно, я не простая, если не хочу быть ничьей наложницей, – Гюзель грустно улыбнулась.

 – Да, мой отец не хан и не эмир, но для меня он самый большой и уважаемый человек. Быть достойной дочерью своего отца для меня куда почетней, чем быть наложницей эмира.

– Ты говоришь не как слабая женщина. Кто же твой отец?

– Его зовут Соломон. Он был целителем и прорицателем. Я говорю «был», потому что не знаю сейчас ничего о нём. Всё моё детство прошло в странствиях по свету с любимым отцом. Мы жили с ним в разных местах.