Ложная красота

Я дам ей максимум. Не больше и не меньше. Остальное – не мое дело.

Глава 10.

Полина.

Мне казалось, эта тренировка не закончится никогда. Я устала, я была выжата как лимон. С трудом переставляя чугунные ноги, подхватила рюкзак и поплелась к выходу.

– Спасибо. – Бросила на прощание Игнату. Тот лишь безучастно угукнул, не поднимая на меня глаз.

Не знаю, что произошло, но под конец тренировки он резко изменился: больше не шутил, не насмехался, даже не раздражался. Старался не смотреть на меня, не задавал вопросов, лишь сухо отдавал указания, угрюмо хмурясь.

Не знаю, что я сделала не так. Но такие перемены в его настроении меня расстраивали.

Я вздохнула и вышла из зала. Медленно прошагала по коридору и вышла на улицу. Остановилась, вдыхая теплый осенний воздух, подаренным последними солнечными деньками бабьего лета, прикрывая глаза от удовольствия. Мои мышцы гудели, болела каждая клеточка, но я была довольна. У меня получалось. Не слишком получалось физически, но морально я чувствовала себя сильнее.

Я преодолевала свой страх, и это внушало мне уверенность в себе.

– Полина? – Неожиданно услышала я рядом с собой удивленный женский голос.

Я распахнула глаза и попыталась сфокусировать взгляд на фигуре девушки, стоящей передо мной.

– Полина, это ты? – Девушка изумленно разглядывала меня с ног до головы, затем бросила взгляд за мою спину. Ее глаза скользнули по вывеске, висящей над дверью зала, и вернулись к моему лицу. Удивление сменилось озадаченностью.

Я наблюдала, как она усиленно о чем-то размышляет, как и когда-то хмурясь лишь одной бровью. А затем на ее лице мелькнуло понимание.

Она сглотнула и отвела глаза, будто ей вдруг стало неловко или стыдно.

– Рита. – Выдохнула я тихо.

Рита. Моя лучшая школьная подруга. Я не видела ее почти год. Со дня суда. С того дня, когда она сделала свой выбор не в мою пользу. Когда ее парень, стоявший сейчас поодаль рядом со своим мотоциклом, густо поливал меня грязью.

Последний раз мы виделись после заседания.

Она приехала ко мне домой, но я выставила ее за дверь. Попросила ее больше никогда не приходить. Она плакала. Она кричала, что Сережа всего лишь сказал правду, и в ее голосе сквозило чистое отчаяние. Я знаю, как сложно ей было сделать выбор между подругой детства и любимым молодым человеком. Я не винила ее за этот выбор. Мне не в чем было ее обвинить. Но тогда, в тот день я была полна боли, ненависти ко всему вокруг и безнадежности.