Вера, Надежда, Любовь

Они, оба, ничего объяснять не стали.

Наталия поняла, что не может причинить сестре боль. Я не смогу жить, зная, что из-за меня, сестра страдает. Любовь, это, была ли?.. Страсть и не более… – девичья страсть… Все пройдет! Но приготовления к свадьбе шли в слезах. Ответа нет… – одно оправдание, «ошибка молодости…» – которая, повторится и еще раз…

Десять лет страданий, слез, терзаний, унижений, измены и предательство, пережила в браке с Александром, Татьяна, с тремя сыновьями.

Наталия встретила любовь, «неземную любовь» – такая любовь похожа на солнечный удар и бывает настоящим подарком судьбы… Но у нее оказалось: две дороги, и на какую свернуть…, – предстояло ей, выбрать… Свернув не на ту, она, пережила предательство… И вернулась в родной отчий дом с дочерью.

В это время призвали брата в армию.

Николай, выручая сослуживца у которого глаза были полны ужаса и страха, когда на построении прозвучала его фамилия, продолжать службу в Афганистане… Он не раздумывая, сказал, я поеду!

Он не знал, когда вернется к мирному небу, но все его помыслы и заботы были связаны с колхозом Россия, в котором он жил до армии, и два года срочной службы, в Афганистане.

Как понятно было Михаилу его нетерпение. Этим беспокойством, этой тревогой были полны все, кто вернулся домой. Теперь его разделяли большие расстояния, от дома, до Афганистана. Пасмурное небо, под ногами слякоть и лужи. Почти каждую минуту слышалось буханье орудий, взрывы мин или автоматная очередь. Гава и Николай рассказывали друг другу обо всем, что с ними случилось с первого дня их службы, а иногда умолкали – глядели друг на друга, точно виноваты в своем счастье. Один из их лучших разведчиков наскочил на мину и потерял ногу. Но «языка» они все же достали.

– Скоро, наверно, пойдем в наступление… В отпуск никого не увольняют, только в особых случаях, с разрешения штаба армии. Борьба была недолгая, но шуму Николай поднял достаточно – стрелял из автомата, выбросил из танка две гранаты. Тогда капитан Гава метнул вниз одну за другой три гранаты, и там все умолкло.

Прошло два года…

Николай с друзьями поужинали, потом вышли погулять. Теперь можно было возвратиться в роту и собираться в Волгоград, домой, на «дембель».

– Сегодня у нас настоящий праздник… сказал Гава Николаю, прощаясь перед сном.

– Если кто поедет в Волгоград, ты, конечно, черкнешь мне несколько строчек, – сказал Николай. И они долго – долго не разнимали соединенных в пожатии рук.