По следу Жезла. Скользящая сквозь время

Такие, как спасение мышки от злой кошки, отданное нищему яблоко, вытирание слёзок у маленькой девочки, разбившей при падении коленку.

«А о том, что девочку наверняка сам Йонтаррес и толкнул, конечно же, умолчали», – подумал Стэнн, но вслух озвучивать мысль не стал, помня о прослушивающем амулете и подглядывающем портрете.

Дальше подвиги шли по нарастающей.

Схватился со злыми мальчишками, обижающими бродячую собаку.

«Интересно, как в заколдованный от проникновений дворцовый сад пробралась бродячая собака, и откуда там взялось столько злых мальчишек? – снова подумал Стэнн.

 – И куда смотрели стража и няньки, пока этот герой бился сразу с пятью врагами?»

Сразился с вором за семейную реликвию. Наглый вор, забравшись в опочивальню принца, попытался выкрасть древний артефакт, но проснувшийся принц храбро бросился в бой и, безоружный, связал вора и вернул драгоценную реликвию на место.

«А почему она хранилась в опочивальне, а не в сокровищнице или, на худой конец, в защищённом сейфе?» – задумчиво спросил на мыслеречи Гэйнис, и Стэнн, кивнув, усмехнулся: «И куда опять смотрели стража и дворцовые маги? Неужели в спальню принца так легко попасть?»

Посетил детской приют.

Наставлял на путь истинный бедных сироток, рассказывая, как должны себя вести добропорядочные граждане.

«Был я в этом приюте, – поморщился Гэйнис. – Лучше бы он им денег на ремонт дал».

Спас от наводнения курабанча – редкого зверя, уже почти полностью уничтоженного из-за своего нежного мяса и ценного меха.

«Угу, – хмыкнул Стэнн. – А потом пристрелил его на ужин. Мясо у него действительно вкусное. Он из-за этого за курабанчем и помчался. Только спасал его не он, а оруженосец. Вымок парнишка до нитки, заболел потом».

«Откуда знаешь?»

«Имел честь присутствовать. Это как раз на той охоте было, после которой Йонтаррес меня невзлюбил. У него тогда невезучий день был. Сперва по кабану промахнулся чуть ли не с двух шагов, пришлось мне его спасать от раненого зверя, потом за оленем погнался – в овраг свалился вместе с конём, опять я их обоих доставал, да ещё и ногу ушибленную ему лечил.

А потом он за курабанчем помчался и слетел с коня так, что штаны на заду порвал, да ещё и в лужу сел. И я опять неподалёку оказался. Вот и стал ему врагом злейшим».

– Да-а-а, – протянул Гэйнис, откладывая книгу и прикрывая глаза, чтобы не заметил наблюдатель плещущуюся в них излишнюю весёлость. – Какой замечательный человек Его Высочество Йонтаррес.