Тайна ледяной пещеры. Хранитель солнц

 – Это у нас каждый ребёнок знает: чтобы мальчика признали мужчиной, он должен пройти инициацию. В определённый день он приходит на поле Испытаний и ждёт, когда его унесёт смерч. Смерч приносит его туда, где он больше всего нужен. Юноша обязан выполнить какое-то задание и получить метку богов. Каждый мальчишка мечтает о том дне, когда выйдет он на поле, чтобы доказать всем, что он – настоящий мужчина и достоин носить эту метку.

– Но мы-то туда нечаянно попали, – возмутился Вадим. – Почему мы должны что-то кому-то доказывать? Нам это не нужно!

– С волей богов не спорят, – пожала плечами Аня.

 – Пока ты не пройдёшь испытание, ты не сможешь отсюда уйти. Смерч снова тебя вернёт.

Вадим с трудом сдержал рвущиеся с языка ругательства. Он и так проторчал здесь уйму времени, не зная, что с ребятами, живы ли они, удалась ли им их миссия. Несколько раз пытался связаться с Витей на мыслеречи, но она адресата не находила. И он уже извёлся от беспокойства за друзей. А теперь выясняется, что ему надо ещё какой-то подвиг совершить.

А он даже представления не имеет, что именно он должен сделать.

– Какое задание? – справившись с собой, выдавил он.

– Никто не знает, – вмешался в разговор дед. – Ты поймёшь, прошёл ли ты испытание, только когда на руке метка появится.

– Какая метка?

– На руке возле плеча. У каждого рода она своя. Какой она будет у тебя, я не знаю.

– Ч-ч-чёрт! – не сдержался юноша. – И долго я ждать должен? Я, вообще-то, сюда не для инициации прибыл! Мне ваш мир спасать нужно!

– Видимо, спасения мира богам мало, – серьёзно ответил дед.

 – Ты должен спасти ещё кого-то, кроме всего мира.

– Чёрт! – снова выругался Вадим.

Аппетит пропал напрочь. Бросив на тарелку надкусанный кусок, он встал, с шумом отодвинув стул, вышел из комнаты и долго сидел на крыльце, глядя на заходящее солнце, переживая, что так надолго застрял здесь и никак не может соединиться с ребятами. Его не пугало, что от него ждут какого-то подвига, пусть даже и смертельно опасного. Но ему была невыносима мысль о том, что друзья могут погибнуть, пока он тут проходит какое-то дурацкое, совсем ему не нужное испытание.

Ему и так ещё десять дней до гор добираться, а тут – новая задержка. Сколько можно!

А когда совсем стемнело, прошёл в дом. Не глядя на тихо беседующих хозяев, лёг на кровать, отвернулся к стене и долго лежал с открытыми глазами, с трудом сдерживая слёзы ярости и отчаяния.

***

Следующие два дня он ходил мрачный, как грозовая туча.