Пусть аисты вернутся!

– Полынюшка, горько тебе? – спросила она. – Ты с возрастом лучше поймешь обстоятельства, которые так повлияли на поведение твоей мамы.

– Горько мне, Маргарита Степановна, – призналась я, – не понимаю, зачем было меня рожать, чтобы потом так ненавидеть?

– Снежана, расскажу тебе одну историю, а ты ведь не глупенькая – возможно, в ней сможешь найти ответы на свои вопросы.

Я грустно посмотрела на нее, но то, что она расскажет мне историю, несказанно меня радовало. У нее был такой спокойный, не похожий ни на чей, голос.

– Ты знаешь, что из себя представляет растение мать-и-мачеха? – спросила меня Маргарита Степановна.

Я отрицательно покачала головой.

– Это лечебное растение. Его листочки снизу будто припорошены мукой, кажется, что они поросли мягким пушком. Эту часть в народе называют «мать». На самом деле, сторона, имеющая «волосяной» покров, хуже испаряет воду, в отличие от верхней – гладкой – «мачехи». Это способствует тому, что нижняя часть мягче и теплее на ощупь. – Но бывают причины в жизни, которые превращают мать в мачеху, а иногда и наоборот.

– И у вас так было? – спросила я.

– Вот расскажу тебе все с начала сотворения мира, тогда и узнаешь. – Она протянула мне еще одно яблоко. Я вгрызлась в него и стала слушать, с чего ж начинался мир Маргариты Степановны.

– Моя бабушка, ее звали Мотря, родилась в 1888 году, – начала свой рассказ Маргарита Степановна. – Она была обычной сельской женщиной, жила в селе Киевской области, как ты, Снежана. Только в другой стороне от твоей родной Пуховки.

Замуж она вышла за моего деда Василя, который не особо-то ее любил. Просто она была более состоятельной, нежели его возлюбленная. Ну, тогда законы такие были: выдавали замуж и женили на тех, на ком выгоднее. Но, как это в основном и бывает, он был не слишком счастлив, много пил, что в итоге и привело к тому, что дружки отправили его на тот свет. – Маргарита Степановна вздохнула, припоминая какие-то факты. – У них с Василем была дочь – Александра, моя будущая мать, – продолжила Маргарита Степановна.  – После того, как овдовела, бабушка стала жить с таким же вдовцом, как и сама – дедом Киндаром. Он был интересный и беззлобный, – врач улыбнулась. – Он все время с трубкой в зубах ходил. Однажды за водой пошел к колодцу, и уронил в него свою драгоценную курительную трубку, да лишь махнул рукой: «Только, бедна, зашипела».

Мотря работала у польского пана в доме поваром, что более почетно, нежели на ланке.