Ложное счастье

Очевидно, они решили, что ты будешь легкой добычей и захотели посоревноваться, помериться пиписьками, как говорится, – усмехнулся я, – проверить кому из них первому даст красотка-азиатка… тогда что уж говорить о местных, они так и подавно…

– Какая мерзость! – Перебив меня, выплюнула девчонка. Ее и без того большие миндалевидные глаза чуть ли не выкатились из орбит от возмущения. – Вы… да вы… – от злости ее грудная клетка под тонкой блузкой буквально ходила ходуном, и она заикалась, похоже, не в силах подобрать слова.

Она смотрела на меня с ненавистью, и казалось, вот-вот начнет изрыгать огонь. – Вы – конченные расисты! – Наконец выдала более-менее связно. И ткнув в меня пальцем, добавила. – И сексисты! И вообще… придурки. Ясно? Пошли вы…

Последний раз, одарив меня испепеляющим взглядом, девушка резко развернулась, так что грива ее густых черных волос чуть не хлестнула меня по лицу, и быстрым шагом отправилась в сторону аудиторий.

И я даже ничего не успел сказать ей вслед. Крикнуть, что это не я придумал, да и вообще, так-то я ей помочь хотел, предупредить.

Хотя это было глупо. Глупо было вмешиваться. Все-таки Леха мой друг… А до девчонки мне и дела нет.

Зачем влез, я так и не понял. И не стал раздумывать над этим, в заключении решив, что она просто жалкая, и я решил помочь ей из сочувствия.

Ах, да, и в благодарность за то, что она когда-то пару раз дала мне списать контрольные.

Глава 2.

Лика.

Саша Бортников показался мне весьма неприятным типом. И я размышляла, восприняла бы я его иначе, если бы не знала о споре.

Вообще-то он был очень симпатичным парнем, и его манера общения, немного дерзкая, самоуверенная, будто он хозяин всего мира, очень подкупала. Но при этом все его слова и улыбки казались слишком наигранными, фальшивыми и неестественными. Одежда – слишком броской. Слова – слишком высокопарными и выверенными, будто он готовил их заранее и очень тщательно.

Он с порога забросал меня комплиментами – эпитетами, которые он вряд ли употреблял в обычной жизни, и скорей всего накануне подсмотрел в словаре.

Говорил мягко, без матов и сленга, который наверняка употреблял в обычной жизни.

– Тогда может быть в театр? – Предложил Саша, когда я с извиняющейся смущенной улыбкой отказалась от кино, катка, концерта рок-группы, и ресторана. Он видимо решил, что никак не может угадать круг моих интересов, и все перебирал и перебирал варианты, пока я, уткнувшись в реферат, сидела за партой на перемене перед философией.