Быстрее пули

Просто иначе сложно поименовать мизансцену: мой босс Родион Потапович Шульгин с потерянным видом смотрит на тарелку с бренными останками оприходованного цыпленка, который наверняка влетит боссу в копеечку. Но самый трагический взгляд, бесспорно, был брошен в сторону совершенно опустевшей бутылки белого вина.

Я не выдержала:

– Да что вы, в самом деле, как маленький, Родион Потапович? Закажите бутылочку приличного коньяка. Дело хорошее… я тоже немного выпью.

– А ведь это мысль, – сказал он с таким видом, словно это я навела его на подобную идею, а не крутилась она, злополучная эта идея, все полчаса в голове моего начальничка, так смахивающей на голову Стивена Спилберга.

Уже через пять минут на лице Родиона Потаповича сияла самая что ни на есть жизнерадостная усмешка: ему принесли превосходный армянский коньяк в пузатой матовой бутылочке.

– По всей видимости, о поводе, который привел вас сюда, босс, вы уже скоропостижно запамятовали, – полушутя-полусерьезно сказала я.

– А… не порти аппетит, – легкомысленно отозвался шеф, – давай лучше выпьем за то, чтобы всегда был повод выпить…

– Что-о?

– Ты меня не дослушала. Выпьем за то, чтобы всегда был повод выпить за удачно раскрытое и щедро оплаченное дело. Чтобы не сидеть нам без работы.

– Вот это совсем другой разговор, – сказала я.

Мы чокнулись, и тут же, как по заказу, а может, оно и было по заказу, верхний свет потух, просторный зал ресторана осветился настенными светильниками, а внизу, под балюстрадой, засверкал фейерверк и полилась оркестровая музыка.

– Баха играют, – с некоторым недоумением сказала я. – Это с каких же пор в московских ресторанах играют классику, да еще под фейерверк?

– Какая тебе разница? Может, у них предусмотрена культурная программа? – беспечно произнес Родион.

К тому времени как мы с боссом более чем наполовину осушили бутылку, болтая о том о сем, оркестр успел переиграть несколько наиболее известных произведений Моцарта, Баха, Глинки и Чайковского.

Родион снова налил, и в этот момент заиграли «К Элизе» Бетховена.

Я очень любила эту вещь и потому даже прекратила разговор и начала слушать; надо сказать, что играли хорошо, да и сложно предположить, что в приличном ресторане будут играть плохие музыканты.