Последняя охота

Но разыгрывать весь этот спектакль только ради того, чтобы отомстить мне за какую-то мою давнишнюю выходку?

– А в последнее время ни с кем не ссорились?

– Пожалуй, нет, – подумав, ответила бывшая певица. Мне ее тон показался неуверенным. Чувствовалось, что она что-то недоговаривает.

– Елена Дмитриевна, – сказала я, – мне нужно знать все, поэтому прошу, не скрывайте от меня ничего. Это для вашей же пользы.

Сказала я это достаточно мягким тоном, но Беловицкая неожиданно посуровела и отчеканила:

– Я сказала – нет! Я ни с кем не ругалась за последние дни.

Почему вы мне не верите?

– Потому что это вас хотят убить, а не меня. И мне нужно знать как можно больше, чтобы помочь вам!

– Мне не нужно помогать! Помоги себе сам – говорил мне отец. И я сама приму меры по спасению собственной жизни. И вообще, лучше всего, когда происходит разделение труда. То есть вы занимаетесь каким-то одним делом, а именно – ищете Юлечку. Договорились? Сколько это будет стоить?

* * *

В этот момент напомнил о себе наш преступник, который лежал молчаливым кулем и тупо пялился в потолок.

В общей сложности наш разговор с Беловицкой занял около получаса. Что-то он долговато оживает. Если сейчас не очнется…

– Вы ему часом не пережали сонную артерию? – поинтересовалась я, подходя к парню ближе. – А то он неживой какой-то.

– Что вы, дорогая! У меня отточенная реакция. Около пяти лет я прожила с замечательным человеком, – Беловицкая мечтательно улыбнулась, – он был полковником, но, к сожалению, погиб в Афганистане.

Ах!.. Он меня всему научил. Если бы я ударила на два пальца ниже шеи, тогда – да, парень вообще бы трупом стал. А так – посмотрите, розовенький. А что глаза тупые, так они у него, когда и в сознании пребывал, интеллектом не светились.

Объект нашего разговора как раз начал приходить в себя. Сначала вытаращенные голубые глазки невинно моргнули, потом заблестели. Ну конечно, после столь долгого напряжения глазных мышц неизменно последует обильное слезотечение – чтобы снять некоторое остекленение склеры и расслабить глаза.

Парень вдруг начал дико вращать глазами. Видимо, чувствительность рук у него еще не до конца восстановилась, поэтому он стал судорожно ими дергать, стараясь ухватить себя за пояс. Лицо его искажали чудовищные гримасы. Боже, какие у него клыки! На ум невольно пришла сцена из «Красной Шапочки», где волк изо всех сил пытается изобразить дружелюбный оскал, встречая «внученьку».