Полет над бездной

Долговязый окинул недружелюбным взглядом толстяка, причем его глаза настороженно сползлись к переносице, после чего вдруг произнес совершенно индифферентным голосом, игнорируя вопрос, только что обращенный к нему:

– Вы любите играть в казино?

Фраза произвела почти магическое действие на толстого джентльмена. Вероятно, произнесший ее сам удивился эффекту от своих слов – толстяк замер, как перед прыжком, а потом обрушил на собеседника свой вопрос.

– А че, тут есть разве? – с такой же интенсивностью завопил он, не отрывая трубки от уха.

 – Слышь, Колян, а ты трещал, что, типа, на этой корыте, значится, негде бабеус сбагрить!

Нам отвели соседние каюты. Одна, двухместная, была заказана для Родиона и Валентины, вторая, одноместная, для меня.

Валентина осталась в своей каюте принимать ванну, а я, расставив и разложив вещи по своим местам, пошла в бар-ресторан перекусить. В коридоре я встретила Родиона, он направлялся туда же – «промочить глотку газировочкой», как он выразился.

Хотя пора уже было обедать, о чем настоятельно говорила ему Валентина, которая убеждала его повременить с посещением этого приятного во всех отношениях заведения. Тем более что она знала о пристрастии своего благоверного к хорошим коньякам.

– Интересно, Родион Потапович, что вы на этот раз от меня скрываете? – протянула я томно.

– То есть?

– То есть я не имею ни малейшего понятия о том, что нам предстоит делать на борту этого корабля помимо того, что наслаждаться отдыхом.

А вы?

Он хитро улыбнулся и сказал:

– Ты знаешь, я тоже почти ничего не знаю.

– Но все-таки – «почти»?

– Все-таки «почти». Не оставит же меня генерал Азарх ну совершенно без инструкций.

И мы направились в искомое заведение, располагавшееся на третьей палубе. Одно из двух-трех подобных на корабле.

Несмотря на достаточно ранний час и неминуемые для только что взошедших на борт участников круиза хлопоты с размещением в своих каютах и распаковкой багажа, здесь было довольно многолюдно.

На самом видном месте у входа восседал тот самый забавный шумный толстяк, что вместе с нами едва не опоздал на корабль. Он ожесточенно работал челюстями, время от времени что-то рявкая в зажатый между плечом и маленьким ухом сотовый телефон. Рядом с ним сидел примерно такой же амбал, только чуть поменьше, но совершенно идентичных пропорций, и синхронно двигал могучими челюстями, достойными иного питбуля.