Поговори со мной

Не зажигая света я плюхаюсь на кровать и громко объявляю:

– А теперь – немного о стране знаменитого Диккенса!

Затем в ужасе кошусь на дверь: действительно, не услышала бы меня Марта! В самом деле – совершенно бездушная я, что ли? Или мне просто одиноко? Ужасно одиноко, если честно… Сегодня мне даже хуже, чем в первые дни в той самой школе, куда Марат с Мартой меня сплавили. Больше всего, кстати, в Соединенном Королевстве меня поразило даже не отсутствие пресловутой пятичасовой чайной церемонии, а то, что, судя по всему, там толком и англичан-то не осталось.

Лондон, в котором я для ознакомления и адаптации (читай, чтоб не прослыть среди остальных рафинированных пансионерок селом неасфальтированным) прожила неделю, оказался сущим Вавилоном: его заполонили индийцы в сари, африканцы в кричащих нейлоновых куртках, и китайцы в английских костюмах – словом, кто угодно, но только не потомки мистеров и миссис Смит. Вполне возможно, те также имелись – но мимикрировали до неузнаваемого состояния, презрев наследственную чопорность и прочие джентльменские прибамбасы. В бесчисленных же уютных забегаловках, где мне по причине малолетства не отламывалось ничего крепче лимонада, после пяти-шести вечера пипл вливает в себя не чай, а пиво, виски и джин – словом, накачивается спиртным под завязку, презрев завариваемый кипятком целебный напиток. Ну, а чай… чай пьют явно где-то вне Грейт Бритн. В гостиной Марата и Марты, например, которые есть новая буржуазия. Или пока не есть, но очень тщатся быть. Впрочем, мне все это глубоко пофиг… или я не умею ценить то, что не досталось тяжким трудом? Как сказали бы те же британцы, я родилась с серебряной ложкой во рту. У Марата и Марты ложки от рождения были алюминиевые – но кто хочет сейчас об этом вспоминать? Только не сэлф мэйд мэн Марат… Безусловно, он «человек, сделавший самого себя»… и мой дорогой отец… и… наверное, нужно все же спуститься вниз и посмотреть, что он там делает… хотя не факт, что он захочет со мной говорить. Кроме того, у него есть Марта – великая утешительница, которая никогда его не бросит. Потому что Марта вообще никогда никого не бросает. За Мартой все мы как за каменной стеной.

Я стаскиваю наушники, которые было на себя напялила – но музыка мне сегодня явно не идет. Внимательно вслушиваюсь в то, что происходит в доме. Там тихо – видимо, пока не происходит ничего.