Париж… до востребования

 – Тревожимся мы, что годочки бегут, а ты все одна, да одна. Хороший, видно, был человек твой француз, да вот, видишь как, не судьба, значит. Да и делами он опасными занимался, знал много, но голову перед сильными людьми не наклонил, они его и приговорили. Это не я, это Агния так сказала. Ну, да будет тебе еще счастье в личной жизни, не грусти. Скоро уже рыцарь твой прискачет. Знаешь, как раньше говорили: "Суженого на коне не объедешь". Жди.

– Клода иногда ужасно не хватает. И совершенно непонятно за что его убили.

Я ничего не знала о его делах и в бумагах его ничего не нашлось, чтоб хоть на какую-то мысль могло навести. Ни коллеги, ни друзья ничего не знают, а, может, и знают, да молчат. Полиция считает, что это был случайный выстрел. Хотя я очень сомневаюсь. Просто чувствую, что это было преднамеренное убийство.

Горло стиснул спазм, стало нестерпимо тоскливо, как всегда, стоило лишь подумать о том времени, когда Клод был жив, а я была глупа и беспечна и чувствовала себя такой счастливой рядом с ним.

Напрасно говорят, что время лечит. Ни черта оно не лечит! Вздохнула и отогнала печальные воспоминания.

– Боже, Сиси, браслет просто великолепен, спасибо! Но ведь это стоит бешеных денег! – Расцеловала ее. – И Агнии Аркадьевне мою благодарность передайте!

Я тут же надела на руку браслет и, отставив кисть с украшением, закружилась по комнате.

–– Носи на здоровье, Сашенька. А то, что вещичка дорогая, так и ты мне дорога, не чужой, чай, человек. А уж как Агния-то Аркадьевна тебя любит, – тут Серафима закатила глаза, – и не сказать словами! Словно к внучке любимой относится.

До чего же трогательно было это слышать! И, чтобы скрыть навернувшиеся слезы, я уткнулась лицом в плечо Сиси.

– А теперь послушай меня внимательно, Саша, – сказала Серафима, отстраняя меня, – послушай, что я тебе скажу. Ты ведь знаешь, что благодетельница наша ничего не делает просто так. Если она сказала носить, не снимая, то ты и должна носить колечко все время и никогда, ни при каких обстоятельствах с ним не расставаться, носи днем и ночью.

Ты меня понимаешь? – Сиси многозначительно посмотрела мне в глаза.

– Да, я понимаю, – из письма Агнии Аркадьевны я знала, что Сима передала мне мощный защитный артефакт и сейчас он красовалось на среднем пальце моей правой руки.

Не трудно догадаться, что перстень не простой. Вот только старая магиня написала, что мне самой нужно разобраться как он работает. Могла бы и намекнуть! Ладно, ничего, разберусь.