Мимикрия: Ирбис

Все с любопытством наблюдали за странным поведением Грюма.

Верховоин попросил остальных слуг с ведрами встать с другой стороны клетки. Он что-то негромко сказал им, и все заняли нужные позиции. Стоя по разные стороны квадратной тюрьмы,Грюм намеренно оставил одну стенку не занятой. Она была обращена к Марону.

Феодал с недовольным видом наблюдал за происходящим и, не разделяя всеобщего любопытства, терял терпение.

– Раз, два, три! – громко сосчитал Грюм и выплеснул соленую воду внутрь клетки.

Одновременно с ним тоже самое сделали двое других слуг.

Ирбис в клетке взревел от ярости. Животное метнулось на прутья, потом упало словно мертвое. Все снова повскакивали с мест. Даже Марон, беспокоясь о своем будущем трофее, который он мысленно уже присвоил, встал и сделал несколько шагов вперед.

Животное начало источать пар и медленно видоизменяться. С кожи стал исчезать мех, очертания тела магическим образом трансформировались. Существо ежилось и рычало, но и рык из раскатистого становился мелодичным, пока не преобразовался в тихий стон.

Прошло всего несколько секунд, а Ирбис исчез. Вместо него на соломенном полу клетки лежала обнаженная девушка. Подогнув руки и ноги под себя, она стонала и тяжело дышала.

Марон был так потрясен, что подбежал к клетке. Не помня себя от волнения, он разглядывал белую, как снег, кожу и черные, как воронье перо, волосы. Девушка задрожала. Она загребла руками солому и, прикрыв наготу, присела на коленях. И именно в тот момент ее ярко-голубые глаза встретились с жадным взором Марона.

– Мимик! – выдохнул Феодал.

Девушка убрала с лица мокрые волосы и приосанилась. Ее круглое лицообнажилось, а глаза со странным прищуром блестнули магическим блеском.

– Но это невозможно. Я думал, Мимикрия это сказки, – не отрывая взгляда от колдовских глаз, сказал Марон.

– Скорее легенды, а они почти всегда основаны на реальных фактах, – вмешался Дайнагон.

Он встал с места и приблизился к клетке.

– Но как? Откуда? – потрясенно бормотал Марон.

– Всему виной большая удача. Возможно, она единственная в своем роде, – подогревал конкурента Грюм.

Марон смотрел,как стекает по черным волосам соленая влага. Скользил жадными глазами по белым плечам и запястьям девушки. Он казался смущенным и растерянным. Многие сочли это нерешимостью и ошиблись. Марон же взвешивал все за и против. Он решил, что Мимик будет его, как только соприкоснулся с голубой бездонностью ее глаз.