Защитник для Хранителя

– Я сожалею, леди, – раздался над головой голосок духа, от книг исходило мысленное сочувствие. – Может, я могу помочь в чем-нибудь другом?

Ника замотала головой и вдруг вспомнила о книгах. Мысленно спросила их, может, у них есть какое-нибудь желание?

Книги зашептались между собой и Черри произнёс:

«Ника, узнай, можно ли из нас сделать людей? Надоело на полке стоять. Хочется самим решать свою судьбу».

«Идти, куда захочешь, делать, что хочешь. Разговаривать, петь, чувствовать», – мечтательно дополнила Беляна.

Ника удивлённо вскинула брови. По её мнению, они и так обладали чувствами, но всё же спросила у духа, может ли тот это сделать. В глубине души решила, что если он сможет выполнить это желание, то и, вправду, хода обратно на Землю для неё нет. Конечно, это несправедливо по отношению к книгам, но тоска по дому с каждым днём становилась всё сильнее. Каждую ночь снилась мама, друзья, родной городок, окружённый горами. И просыпалась она каждый раз в слезах.

Дух согласился.

Только предупредил, что книги ничем не будут отличаться от людей, а точнее магов-людей. Подлетел к книгам. Сделал над ними два быстрых круга. Вспышка осветила лес. Перед Никой на месте фолиантов, лежащих под деревом, появились парень и девушка, её ровесники. Книга по лечению превратилась в стройную красавицу в серебристом платье со струящимися до пояса прямыми бело-серебристыми волосами. На круглом личике сияли наивные, большущие голубые глаза и легкая добрая улыбка на пухленьких губках.

По боевой магии – в стройного высокого красавца, в черных кожаных брюках и такой же курточке, с черными густыми волосами до плеч, убранными в хвост. Черные обволакивающие глаза и дерзкая, насмешливая улыбка на лице.

Пока книги удивлённо оглядывали сами себя и друг друга, Ника, сдерживая желание расплакаться, дрогнувшим голосом поблагодарила духа. Тот на прощание взмахнул беретиком и, взмыв в небо, исчез. Ника, отвернувшись, направилась к месту привала, с каждым шагом ускоряясь.

На полянку она уже выбежала и, упав на колени у дерева, уткнулась лицом в сумку и всё-таки дала волю слезам.

Когда подошли бывшие книги, она не слышала, лишь лёгкое прикосновение к её плечу заставило поднять голову. Сквозь пелену слёз разглядела обеспокоенное личико Беляны.

– Хозяйка, прости, что мы тебе этого не говорили, – произнесла беловолосая девушка дрожащим голосом. – Не хотели тебя расстраивать.

– Я… – но ответить Ника не успела.