Когда часы двенадцать бьют

Лена громко стучала пальчиками по калькулятору, открывала таблицы в компьютере, проверяла, сводила, выводила, боясь что-то упустить, делала пометки на бумаге карандашом рядом со столбцами.

Работа или личная жизнь. Вот почему она должна была делать выбор. Остаться без работы страшно.

– Он зам начальника, будешь в шоколаде кататься, – вспомнились слова подруги.

– Ну и что, – прошептала Лена. – Еще не факт, – противоречила она, – может я ему бы и не понравилась, – женщина подняла голову и посмотрела в окно.

На площади светилась елка разноцветными огнями.

На сцене выступал местный ансамбль. Собравшаяся толпа хлопала в ладоши, люди смеялись, веселились… а она корпела над сметой в душном кабинете.

– Дедушка Мороз, Дедушка Мороз, – закричала толпа.

Лена судорожно сглотнула, как же ей хотелось бросить и выбежать на улицу в толпу веселящегося народа. Спасибо администрации города, которая устроила празднества накануне нового года.

Ну вот почему генеральный не сказал ей об этом утром, она бы постаралась сделать ее до вечера.

Почему срочные задания сваливаются под вечер или в пятницу? И никто не спросил ее – есть ли у нее планы. Смета должна быть отправлена и все.

Звонок телефона заставил ее вздрогнуть:

– Алло, – хриплым голосом ответила она.

– Ма, ты когда вернешься? – услышала она голос сына в трубке.

Лена посмотрел на часы – половина одиннадцатого. У нее остался час, чтобы закончить работу.

– Через часа два, полтора, – отозвалась она, устало вздохнув.

– А почему так тихо? – удивился Макс.

 – Ты где? – в его голосе послышалось подозрение.

– На работе, – пальчики набирали цифры на калькуляторе. – Срочный запрос.

– А ресторан? – удивился он. – Ты что не пошла?

– Макс, я очень занята, мне к 12 надо все сделать и отправить, – отмахнулась она.

– Ма, а ниче – если Оля у нас останется? – спросил он прямо в лоб, заставив Лену выпрямится в кресле.

– Макс, – осторожно начала она, – ты что?

– Ма, ну это ты чего, мы уже взрослые, ну что нам по подъездам прятаться? – спросил он.

– Тебе месяц назад 18 исполнилось, а Оле только 17, – напомнила она. – Ты о чем думаешь? – она закрыла глаза, понимая, что ее сын ни о чем не думал, вернее думал, но совсем о другом.

– О, ну началось, – фыркнул Макс, – мы уже взрослые, все знаем.

Лена поднялась с кресла:

– Знаем, ты поговори со мной еще в таком тоне, Оле – 17, – снова напомнила она. – Что скажут ее родители?

– Они в курсе, – спокойно ответил Макс.