Зеркало чужой души

Она вздрагивала под его пристальным взглядом.

– Тебе надо решить, что делать дальше, – он возвышался над ней, укрывая от дождя. – Если готова продолжать, – он вздохнул, – значит привыкай жить с этим. Вставай, почувствуй землю, насладись свежим воздухом и начинай жить дальше.

Оливия открыла рот и закашлялась, не успев произнести ни слова. Она перевернулась на спину, села, все еще сотрясаясь от приступа кашля. Она сидела между двух могил, с одной стороны были похоронены ее родители, с другой – ее сын.

Незнакомец был прав даже сейчас у нее был выбор. Она словно протрезвела и затряслась от озноба. Оливия замерзла так, что не чувствовала пальцы ног и рук. Так сильно она не замерзала даже в тюрьме.

«Почувствуй землю». Оливия сидела на ней, видела деревья, траву, тучи. «Насладись свежим воздухом». Она дышала полной грудью, а всего сутки назад была лишена этого. Самый вкусный воздух после дождя, и дождь закончился. Мужчина нажал кнопочку, и зонт сложился. Он стоял рядом, а она дышала, впитывая жизнь и силу природы.

«Вставай!». Оливия уперлась руками в дорожку, но встать не смогла. Онемевшие ноги подвели, она чуть не завалилась на бок, но удержалась. Перед ее лицом показалась его рука. Большая, мужская с массивными часами на запястье. Оливия вытерла руку об штанину и взялась за нее. Он легко поднял ее, но руку не отпускал, ожидая, пока она обретет опору.

– Кто вы? – Оливия держалась за его теплую руку.

Она пыталась согреть свои ледяные пальцы в его большой ладони.

Стоя с ним рядом, она чувствовала себя очень маленькой, практически девочкой рядом с отцом, но когда запрокинула голову, поняла, что он не такой старый, как ей показалось сначала. Просто седовласый. Она смотрела на него, не в силах сдержать озноб, стук зубов. Он прислонил трость и зонт к своей ноге, расстегнул пуговицы пиджака, снял его и накинул на ее плечи. Она мгновенно погрузилась в тонкий мужской аромат парфюма и долгожданное тепло.

– Леонардо, можешь звать меня Лео, – произнес он и подставил ей руку.

– Оливия, Оливия Торрес, – ответила она сиплым голосом, беря его под руку, – просто Оли.

– Значит, все-таки жизнь, – констатировал он итак понятный факт, – Оли, – он искоса взглянул на нее.

Оливия кивнула. Она подстроилась под его широкий шаг, крепко держалась за его руку. Шла с ним рядом, слушая звук, издаваемой его тростью. Тот самый, который она слышала, лежа на земле между могилами. Они смотрелись нелепо.