Крысиная башня

Медведев думал, что Мельник заметил не очень здорового студента, надавил на него, заставил убить, а потом подставил, боясь, что студент сдаст его первым.

Мельник оказался в ловушке. Он понял, что так просто из полиции не выйдет. У него было два пути: подавить злость, забыть о Саше, не вмешиваться и попасть в СИЗО, или повлиять на капитана Медведева.

–– Молчишь? – ухмыльнулся тот. – Сказать тебе нечего? Тогда ответь мне вот на что: где ты был вечером семнадцатого мая?

–– Дома.

–– Кто может это подтвердить?

–– Никто.

Я живу один.

–– Твоя женщина?

–– У меня нет женщины.

–– Родственники?

–– Нет. Мама умерла недавно, а отец живет с другой семьей.

Мельник говорил, уже не заботясь о том, что говорит. Он принял решение и теперь думал, что именно так, наверное, чувствуют себя молодые хирурги перед тем как впервые в жизни сделать надрез на живом теле. Он сконцентрировался, сосредоточился, перестал слушать капитана и вспомнил тот единственный раз, когда заставил человека делать то, что хотелось ему.

Скрипнули тормоза, брызнула кровь, закричали женщины, зрачки расширились от боли – Мельник отогнал видение. «Если я буду спокоен и собран, – подумал он, – если я не буду чувствовать злости, если я буду осторожен и не позволю себе действовать в полную силу, с капитаном ничего плохого не случится».

«Мельник не врет», – мысль была простая и четкая. Мельник взял ее осторожно, как бутылку с нитроглицерином, и поставил в голову капитана. А потом толкнул.

Капитан прервался на полуслове и остановился в недоумении, словно услышал грохот отдаленного взрыва.

Мельник смотрел на него, боясь дышать – он не знал, что именно сейчас сделал.

–– Простите, – сказал капитан. Лицо его помрачнело, и он уселся за стол, тяжело опираясь на руки. – Голова болит.

Его широкая мясистая ладонь опустилась на лоб и медленно поползла вниз, до подбородка, будто капитан пытался стряхнуть навязчивую боль.

–– Ничего, – сказал он Мельнику. – Пройдет. У меня это бывает. Особенно перед грозой.

Люблю грозу в начале мая. Правда, уже июнь… Можете быть. Свободны можете быть. Давайте я подпишу.

Мельник протянул ему пропуск.

6.

––В нас дети играют.

––В смысле?

––В прямом. Выходят в школьный двор, свечи зажигают –ну или палки там берут, делают вид, что свечи, –руками водят. Глаза закатывают и рассказывают. Способы описывают, которыми маньяк убивал жертву. Класс пятый, шестой. Даже третий иногда. Страшные вещи говорят, между прочим. Это хорошо.