Паника

Он подошёл вплотную к носилкам и наклонился над Вероникой.

– Ты уверена?

Шахова взяла диагностический фонарик, пальцами открыла Веронике веки, посветила в один глаз, потом в другой:

– Видите, – тоже шёпотом ответила она, – зрачки разного размера, левый пульсирует. Под носом кровь.

– Кто она? Мы знаем?

– Знаем. У неё при себе был паспорт, плюс я погуглила по дороге. Вероника Щукарёва, владелица рекламного агентства, жена директора областного телеканала. Они сейчас оформляют развод.

– Это Олег её так? – спросил Гирич.

– Нет, – ответила Шахова, но продолжить не успела, потому что Вероника застонала и зашевелилась. Шахова положила руку ей на грудь, мягко давая понять, что вставать не надо.

– Шшшшшш, – сказала она Веронике, – спокойно. Лежите. Вы в больнице. Вы попали в аварию. Мы вам поможем.

Вероника села на каталке. Резко выбросив руки вперёд, она с силой оттолкнула от себя Шахову, спрыгнула на пол и побежала, всем весом опираясь на сломанную ногу.

Санитары бросились догонять, но Вероника с ловкостью пациента психбольницы схватила напольную вазу и швырнула в них.

Ваза ударила по ногам обоим, санитары едва не упали.

Шахова обогнала их. Когда она свернула в коридор, ведущий к левому крылу, в лицо ей ударил порыв ветра. Гравюры на стенах закачались, у одной из них треснуло стекло. Больничная каталка сама по себе отделилась от стены и помчалась прямо на Шахову. Шахова едва успела отскочить.

Вероника тем временем уже сворачивала к лестнице. Она отчаянно хромала, временами заваливалась на бок, но, казалось, совсем не чувствовала боли.

И что больше всего поразило Шахову, Вероника с лёгкостью ориентировалась в незнакомом здании. Она как будто точно знала, куда и зачем бежит.

В лицо Шаховой снова ударил ветер, по стене тонким ручейком осыпалась штукатурка. Шахова приостановилась, выжидая, потом осторожно пошла дальше. Её догнали санитары. Шахова сделала им знак рукой, чтобы не торопились.

Они поднялись за Вероникой до третьего этажа и, свернув с лестницы в коридор, увидели, что Вероника остановилась у палаты Фишер.

Она поднялась на цыпочки, прильнула к смотровому окошку на двери и оглушительно крикнула:

– Стася!

Крик как будто пробудил её. Вероника замолчала и растерянно обернулась, не понимая, где находится и как сюда попала. Увидев Шахову и санитаров, она попыталась пойти к ним навстречу, сделала шаг, но кость её голени, доламываясь, хрустнула, острый осколок пропорол мыщцу и кожу и вышел наружу.