Тонкий тающий след

– Крем для лица с арбутином и плацентой Roland, производство Япония, цена тысяча триста девяносто руб лей. – Сидящий за столом человек поднял на Надю холодный взгляд.

– Ну вы же понимаете, что это случайность. – Надя старалась говорить очень спокойно. – Я только что оставила на кассе почти восемь тысяч рублей и этот крем тоже, конечно, могла оплатить. Я просто ошиблась, не положив его в корзину.

– Мы за вами очень пристально наблюдали, гражданочка. Вы же не просто не положили крем в корзину. Вы оглянулись, не смотрит ли кто, и убрали его в сумку.

 – Наде показалось, что в помещении внезапно запахло сгоревшим маслом. Опять этот ужасный запах, откуда он здесь? – Вот смотрите.

На черно-белой записи было отчетливо видно, как Надя не спеша обходит стеллажи косметического отдела, берет в руки банку и оглядывается. А затем сует проклятый крем в сумку.

– Послушайте, ну простите меня, пожалуйста. Я правда ошиблась. Я очень устала на работе. У меня умирает бабушка, я сюда приехала, чтобы купить ей гостинцы в больницу.

Там в Первой Градской меня пускают до восьми, мне надо успеть. Смотрите, видите тут апельсины? И винегрет, она очень любит именно ваш винегрет, я за ним специально приехала. – Надя судорожно копалась в пакетах, словно предъявление конкретных продуктов могло смягчить сердца этих двоих, охранника и второго, кто он здесь? Менеджер? – Пожалуйста, позвольте, я все оплачу. Я приличный человек, у меня работа, семья, ну посмотрите на меня, вы же сами все видите. Я не воровка. Мне совершенно не нужен этот проклятый крем.

Мужчины смотрели на нее молча, никак не реагируя и будто бы ожидали продолжения.

– Ну пожалуйста, давайте я все оплачу. Вот. – Надя открыла кошелек и вынула пятитысячную купюру. Положила ее на стол.

Никакой реакции.

Она порылась в кошельке, вынула все бумажные деньги, которые там еще оставались, – чуть больше тысячи, – и выложила их на стол.

– Все, больше у меня ничего нет.

– Гражданочка, ну вы же понимаете, это смешно. Вам же срок грозит.

Это кража. А вы решили откупиться шестью тысячами рублей? – Человек, сидевший за столом, казалось, получает удовольствие от разворачивающейся сцены.

Раздался короткий стук в дверь:

– Коллеги, приветствую! Можно?

Блондин из очереди, которого назвали Михалычем, уверенно вошел в кабинет.

– Ну как тут у вас? Проблемы?

– Да нет, Михалыч, мы с дамочкой уже разобрались, – ответил охранник, почти незаметно смахивая кучку купюр в ящик стола. – Идите.