Черти-Ангелы. Роман-дневник

Тоска навалилась неподъёмным мешком – эх, дубинушка, ухнем!

– Ты чего одна здесь кукуешь? – Вадик появился так неожиданно, что я чуть не вскрикнула от испуга. Ответить не успела: надо ж сперва нос задрать – мол, я тут так, до библиотеки прогуливаюсь, а не то, что вы подумали.

– Все наши давно у Алёны, днюху празднуют. Я думал, ты…

– Меня не приглашали.

– А у нас без церемоний. По-простому ходят.

– Нет. Я так не могу, да и Лена одну меня не отпустит.

– Хочешь, провожу?

Хочешь? Не знала, хочу ли я.

Что там увижу, кого? Тебя, забывшего о нашей встрече? Весёлого и хмельного в кругу друзей. Что там услышу – твои оправдания?

«И ни церковь, ни кабак, всё теперь не свято. Эх, ребята всё не так, всё не так, ребята!» – заиграла музыка в доме на углу, резко пронзила воздух.

– Хочу, – решилась я. Мне нужно было удостовериться, что всё – так! Всё так, ребята!

Лена отпустила, но если б не Вадик, то отказалась бы наотрез от этой идеи. Он поклялся, что глаз с меня не спустит и вернёт домой, где взял, с тобой или без тебя.

Лучше бы ты проспал или руку сломал опять, желала я в сердцах, перебирая сапогами грязь. И сказала кочерга утюгу, я больше идти не могу, и заплакали блюдца, не лучше ль вернуться. Воспоминания (совсем некстати) ворвались, словно матросы в Зимний. Вихрем, сметая всё по пути.

* * *

– А тебе Малая косы повыдёргивает, как узнает, что ты рядом с ним крутишься! – злой, как дикая оса, Димка.

* * *

– Кто такая Малая? – это я, готовая пришибить тебя поленом.

– Малая? Алёна, что ли? – Ты. Сама невинность и растерянность.

– Тебе видней!

* * *

– Ты никогда ему не нравилась по-настоящему, – это Славка, твой друг. Тогда ещё, на осенних каникулах.

* * *

– Верь мне, – просил ты.

Я верила. Я же верила! Я верю! И иду с каким-то Вадиком на чьё-то день рождение, на которое меня не звали. Но там – все. И, наверное, – ты.

Дом Алёны – без света. Тишина. Даже собака спряталась в будке. Черным-черно, хоть глаз коли.

– Тю на них, – сплюнул в удивлении Вадим, – на танцы майнули, что ли?

Он стучал в окна.

Я бродила по двору в молчании. Парень свистнул, пнул дверь:

– Малая, выходи, – и передразнил кота Леопольда, – выходи, подлый трус!

Спрыгнул с крыльца, под ногой что-то хлюпнуло. Чертыхнулся и чиркнул зажигалкой.

Огонёк выхватил из темноты мотоцикл. Твой мотоцикл!

– Это ж надо так жидко обосраться!

Я не поняла, что имел в виду Вадик – свою обувь или тебя, но я рассмеялась.