На краю печальных истин

Готов выполнить мой любой каприз. Какой же ты смешной. Я жива, здорова, дышу свежим воздухом, хожу на процедуры, вечером нас тут развлекают изо всех сил. Сегодня, например, приезжает цыганский ансамбль. Представляешь, какая экзотика?

Валентин Иванович закрыл глаза. Как бы все было хорошо, если бы не этот засранец Антон!

– Лерка, смотри мне там! – шутливо пригрозил Валентин Иванович жене.

– Чего «смотри»? – счастливо рассмеялась Лера.

– Цыгана не прощу, предупреждаю сразу, – грозным голосом предупредил Чубов.

Господи, как он ее любит. Ему иногда самому страшновато становится. Он готов дурачиться, показывать фокусы и совершать подвиги ради нее – единственной и неповторимой.

– Обещаю быть хорошей девочкой, не переживай. Мне кочевая жизнь, Валечка, не нравится. И потом, в таборе с гигиеной не очень хорошо. Так что можешь быть спокоен. Цыганские страсти меня не волнуют. Посижу на концерте, в ладошки похлопаю – и пойду спать в свой номер.

У жены прекрасное настроение, это главное.

– Вот так бы сразу, – ворчливо заметил Валентин Иванович.

– Ты предлагаешь мне из номера не выходить и спать все время, да, грозный муж? Что это с тобой случилось? Ты решил стать ревнивцем ни с того ни с сего? Неужели провинился в чем-то передо мной? Наверное, забыл сегодня утром зубы почистить, признавайся, Валентин.

– Я люблю тебя. – Нежность к жене переполняла Чубова.

– Я тоже тебя очень люблю, – серьезно ответила Лера. – У тебя в самом деле все в порядке? Ты ничего не скрываешь? – забеспокоилась Лера.

Наверное, все-таки почувствовала неладное.

– Все хорошо. Чист перед тобой, как младенец, ничего не скрываю. Зубы, кстати, утром почистил и душ принял. Целую тебя крепко, вечером обязательно позвоню. Пока.

– До свидания, мой хороший, – донесся до него голос любимой.

Нечего было столько терзаться по пустякам и переживать. Нужно было еще утром, как проснулся, позвонить жене и забыть о ночном происшествии. Да, собственно, какое это происшествие? Так, нелепица. По сравнению с тем, что сейчас происходит в семье Александровых, это невинная шутка.

И когда только сыщик приедет? Время замерло. Хуже ожидания, особенно тревожного, трудно что-нибудь придумать. Паршивее, пожалуй, только вынужденное безделье.

Глава 4

Для Валерии Чубовой наступили черные дни. Она была уверена, что самое страшное осталось давно позади, в проклятом прошлом, и наступила совершенно другая фаза жизни. По крайней мере, она для этого сделала все возможное и невозможное.