Негаданное счастье

Она не ханжа и не синий чулок. Но никто ее не убедит в обратном. Называется это простым и довольно избитым словом: «безответственность». И что бы ни говорили психологи с мировыми именами, какие бы доводы ни приводили в пользу свободного сожительства, все их аргументы для родителей будут напрасными и неубедительными.

В первую очередь от такого союза страдает женщина, для которой статус замужней дамы много значит, будь она хоть самая рьяная «эмансипе». Как ни крути, как носом ни верти, от действительности не уйдешь.

Мужчине всегда проще, особенно если его не связывают условности и законы. Он вечно в полете, он свободен от бытовых проблем, беременности, подгузников, первых соплей и прочих детских неожиданностей. Он имеет право сделать замечание своей женщине, что она выглядит не самым лучшим образом, хотя сам, небритый и немытый, смахивает в этот момент на вурдалака. Он легко предъявляет требования, но с большой неохотой берет на себя бремя ответственности.

Иногда в голову Виктории Михайловны приходили совершенно крамольные мысли о спасении дочери.

Ей нравился ее неофициальный зять Виктор. Спору нет, современный, напористый, активный человек. Был бы он ее сыном, она, несомненно, гордилась бы таким умным и талантливым мальчиком. Но как женщина, прожившая жизнь и вырастившая двоих детей, она очень хорошо понимала, что эта партия ее доченьке счастья не принесет. Хорошо, когда человек талантлив, трудолюбив и знает, чего хочет. Только такому не стоит связывать жизнь с людьми, которые будут его самозабвенно любить и класть собственную жизнь на жертвенный алтарь этой самой любви. Лучше бы ее девочка вышла замуж за честного труженика без особых амбиций, пусть и не такого талантливого. Тогда бы, может быть, ее Аллочка была по-настоящему счастлива. Без изысков и современных выкрутасов. Но, как говорится, не судьба. Выпал ее девочке совсем другой жребий. Нянчится со своим непризнанным талантом, подчинила всю жизнь ему, единственному и неповторимому. Виктория Михайловна не спорила с дочерью и в принципе допускала мысль, что может ошибаться. Вполне возможно, что когда-нибудь, в далеком далеко, кто-нибудь сумеет по достоинству оценить роль в искусстве талантливого художника Виктора Бобылева. Но ей, как матери, невыносимо больно видеть, как ее девочка погибает за просто так.

Виктор официально нигде не работал. Писал картины, как горячо утверждала ее дочь, очень талантливые. Пытался выставляться, но пока безуспешно.