Море и музыка

Маша испытала чувство благодарности к Эле за эту попытку отказа. До ресторана новый знакомый их проводил, спасибо ему, но дальше ему рядом с ними делать нечего. Однако Антон сдаваться не собирался.

– И все же я настаиваю. Мне все равно тут халтура одна перепала, так что лишний кэш появился. Да и вообще, хочется, чтобы наш город оставил у вас максимально позитивное впечатление. В том числе, благодаря и его жителям.

Маша в очередной раз едва заметно хмыкнула. Ну и речь! Ну и повод для угощения! Она даже не сомневалась, что после такого предложения Элеонора откажется от совместного времяпрепровождения в более настойчивой форме.

Но хозяйка снова не оправдала ее ожиданий.

– Ну, если так, тогда угощайте! – лицо Эли вновь озарилось лучезарной улыбкой.

Антон не замедлил воспользоваться приглашением и уселся за стол рядом с Машей и напротив Эли. Такая рассадка удивила обеих девушек, и Мария непроизвольно отодвинулась. Объяснение же было простым: молодой человек предпочел сидеть так, чтобы было удобнее общаться с основной собеседницей.

Маша решила хоть как-нибудь отомстить навязавшемуся прилипале, и заказала самые дорогие блюда в большем количестве, чем ей было нужно. Эля, напротив, была скромна в своем выборе и ограничилась легким перекусом. Ни то, ни другое Антона не смутило – он ничуть не изменился в лице, продолжал рассказывать о местных красотах и даже не предпринял попытки пошутить на тему такой значительной разницы во вкусах девушек.

В ожидании заказа беседа не умолкала.

Антон рассказал и об истории города, и о наличии канатной дороги, и о скульптурных шедеврах Германа Брахерта, сохранившихся с довоенного времени. Последнее вызвало у Элеоноры особенный интерес – как деятелю искусства ей было интересно искусство как таковое в любом его проявлении.

– Я обязательно их вам покажу! – оживился Антон, видя, что его описания вызвали живейший отклик.

Сначала речь шла о скульптурах Брахерта, установленных в городе, но между делом выяснилось, что в пригородном поселке находится музей этого известного скульптора.

– Если хотите, можем пойти и туда! – озвучил очередное предложение Антон, которое тут же с благодарностью было принято.

Разумеется, все вышесказанное относилось исключительно к Элеоноре. Маша же молча жевала принесенные официанткой блюда, почти не участвуя в разговоре. Услышав, что после еды планируется поход в музей, она лишь ниже наклонилась к своим тарелкам, чтобы скрыть негодование.