Нева и янтарный дельфин

Еще помогало остаться одной – укатить в поля на старом велосипеде брата, туда где крапива и заливные луга приторно-желтых цветов. Ирония была лишь в том, что разгоняясь до максимальной скорости, Нева совершенно не умела тормозить. Теоретически она знала, как это делается, но почему-то все равно автоматически спрыгивала невзирая на скорость. Даже отчетливый шрам на левом колене, оставленный дорожными камнями в одно из таких экстренных приземлений ничему не смог ее научить, только напоминал о моменте этого стремительного движения…

В грустные дни Нева любила уезжать к прабабушке в соседний ещё более крошечный городок на холме.

Хорошо было долго-долго крутить скрипучие педали далеко-далеко по пыльным терракотовым дорогам, дымчато-красным с зелёным контуром высокой травы. Туда, где оливковые рощи с ещё горькими неспелыми ягодами, еще зеленые сливы и гроздья киви вдоль обочин, да бесконечно разлинованные страницы виноградных полей с контрапунктами розовых кустов. Их хрупкая красота первая принимала на себя удары судьбы в виде засухи или нашествия вредителей… Туда, где стоят в роще как забытые и полуразрушенные конобы, так и внезапно оживлённые в этой глуши популярнейшие и полнейшие рестораны – посреди чиста поля, нужно только точно знать маршрут и, желательно, самого хозяина. Она порой любила свернуть чуть пораньше нужного поворота и оказаться на высоком холме на площадке старинного и уже давно необитаемого городка, в живом средневековье с домами из камня и рассохшегося на солнце известняка. Встать на кромку земли у высокой травы и под безудержный стрекот цикад смотреть вдаль – на море и закат, едва угадываемые внизу белёсые солины, кажущиеся смазанным миражом. Наверху на холме было уже заметно прохладно и зябко, вершину продували все ветра, и хотя внизу был зной, тут – морская свежесть. Поёжившись на ветру Нева снова садилась на велосипед и теперь уже ехала до точки назначения.

Прабабушка Вея жила в небольшом старом доме, уставленном антикварной как теперь принято считать мебелью.

Старые фамильные вещи, сохранившиеся со времен ее молодости. Скромная по сути своей обстановка – комод, бюро, платяной шкаф, кровать да круглый стол – ничего лишнего. Старое потемневшее от времени дерево, обретшее с годами трещины и дополнительное обаяние. Кружевные салфетки ручной работы, вазы из цветного стекла с полевыми цветами. Всегдашний аромат действующей печи.