Интерполирую прошлое – экстраполирую будущее

В итоге, когда за мной прилетел отец на частном лайнере, я пожалела, что занятия на факультете начинаются не завтра.

Как человек выдержанный, он не устроил скандал при персонале, вызвав у меня еще большую нервозность. Ожидание наказания хуже самого наказания.

Запиликал планшет, после чего я развернула белые створки и вгляделась в полупрозрачное изображение. В чате проскочили сообщения одноклассников. Все общались и делились, кто куда поступил. Главная зазнайка класса с пафосом говорила, как легко ей было поступить в Межгалактический Университет.

Я за неё искренне рада, к тому же, я поступила сюда же, только вот рассказать о факультете не могу.

«Аврора, а ты куда поступила? Тоже в МГУ?»

«Да», – сухо ответила я. Даже радостью поделиться не могу! Хотя была ли эта радость?

«И на какой факультет?»

Знаю, что сейчас будет. Мне не поверят, если я скажу, что не имею это разглашать. Вздохнула и вышла из чата, оставив вопрос без ответа. Пусть думают, что хотят. От этого ничего моей жизни не изменится, это точно.

В этот момент меня никто не просветил, что наша жизнь зависит от самых незначительных событий.

Через иллюминатор я смотрела на синий шарик, словно утыканная булавками игольница, – Земля. Я только один раз покидала пределы солнечной системы: когда мы с родителями летали по путевке на Желтое море. И теперь мне было немного страшно лететь туда, где не будет солнца, а только красно-желтая звезда Нол.

Дома меня ждал скандал. Отец разорялся по поводу того, что я подрываю его авторитет своими дерзкими выходками.

Мама стояла рядом и даже слово не вставила, уверенная в правоте своего мужа.

Мой отец был Гением с большой буквы, и поэтому, как всякий гений, он имел за спиной кроткую мышку, заглядывающую ему в рот. Этой серой мышью была моя мать. Она жила в его тени, терпела очень многое, в том числе измены, и считала, что ему это необходимо для достижения великих целей. Именно тогда я пообещала себе, что моим мужем не будет землянин или айли.

Айли слишком ветреные существа, влюбчивые, и если кому они будут хранить верность, то это саксам или урджиям, у которых был особый обряд бракосочетания, исключающий любые возможности измен.

А с челибенцами было всё куда проще: они настолько меркантильные жлобы, что не допустят такого расточительства денег, как содержание любовниц. Они лучше вложат деньги в красоту своей жены, чем будут разбазаривать капитал направо и налево. Вот даже за такой цинизм я их уважаю.