Легко ли стать королевой?

Карета уверенно двигалась в Западную часть города – самый бедный район, неблагополучный. Он отличался серостью зданий, отсутствием заборов, гнетущей обстановкой. По тротуарам ходили развязные девицы и пьянчуги даже в дневное время, а на перекрестках дорог у стен домов, скрестив ноги, сидели бедняки и просили подаяния.

Я не испытывала ни жалости, ни страха. В каждом городе при любой инфраструктуре будут те, кто либо не может заработать, либо недостаточно старается, либо не хочет зарабатывать деньги своим трудом.

Конечно, куда легче продавать своё тело, чем приложить усилия и заработать легальным путем. Будь власть даже легитимной, бедность – неотъемлемая часть любой государственной системы.

Кучер остановился у знакомого дома, и я вышла из кареты, медленно оглянувшись по сторонам. Потом так же неторопливо прошла к двери и несколько раз потянула за кольцо, которое возвращалось и со стуком ударялось о дверь.

Дверь открыла престарелая женщина, которая с поклоном отошла в сторону, а я прошла внутрь, направившись к лестнице.

Мои каблуки отбивали дробь по дощатому полу, отзываясь эхом в пустом доме. В это время практически все жильцы на работе, либо спят после ночных смен. Я прошла к одной из дверей на третьем этаже и, чуть поморщившись, сняла перчатки и постучалась. Дверь мне открыла молодая женщина с ребёнком на руках.

– Аробелла…

– Эмелит, – с лёгким книксеном, продиктованным скорее воспитанием, чем уважением, я вошла в комнату.

Быстро оглядев обстановку, я пришла к выводу, что с моего последнего визита месяц назад здесь ничего не изменилось.

Все та же плесень на потолке и полупрогнивший пол. Мне было брезгливо здесь находиться, поэтому я поспешила закончить со своими делами.

Достав из длинного рукава конверт с деньгами, я положила его на деревянный стол, внимательно посмотрев на опустившую голову девушку. Младший сын засыпал, второй выглядывал из-за кровати, с интересом оценивая меня. У ребенка на руках бывшей подруги были проблемы с сердцем, и процедуры у целителя стоили довольно дорого, но теперь шестимесячный малыш был практически здоров.

Я пришла сюда только второй раз, прошлых денег ей не хватило.

Некогда моя подруга сбежала из пансионата в пятнадцать лет, не выдержав напряжения. Если от насмешек однокурсниц я смогла её закрыть, то от жестокости преподавателей ей пришлось бы спасаться самой. Но она выбрала побег, и теперь не имела в жизни ничего, кроме двух детей, которых одинокой матери нечем было кормить.