Белоснежка: Демон под кожей

Чтобы успокоить бурлящее внутри возбуждение, Бетти взяла в руки ложечку и принялась ковырять ей в куске «Наполеона», лежащего перед ней на небольшой тарелке.

– Нормально, – Милен мельком взглянула на официантку, которая поставила перед ней чашку кофе, источающую приятный горьковато-сливочный аромат.

– Что, просто нормально и все? Подробностей не будет? – недоумевала Бет. Она отложила ложку и вперилась взглядом в подругу.

– Нормально. Что ты еще хочешь услышать? – Милен сделала глоток кофе и облизала с верхней губы пушистую молочную пенку.

– Ну, не знаю, например, в кого Полька такой красавчик? Бьюсь об заклад, в отца.

– Не угадала, в мать.

– Значит, такой балбес точно в отца?

– И тут мимо. На отца Поль совсем непохож – ни внешне, ни по содержанию, – закончила она и сделала очередной глоток.

– А как налаживание родственных связей?

Милен, не отрываясь от чашки, приподняла брови, показывая свою неуверенность в этом вопросе. Бет презрительно фыркнула, засунула в рот здоровенный кусок торта и начала его сердито жевать.

– Да брось, ну каких подробностей ты хочешь? Его отец – бесчувственный истукан, который за эти дни сказал мне от силы два десятка слов. Мать, – Мила на секунду задумалась, – легкая… – нашла она нужное слово. – И трещит без умолку. Сил моих нет. Довольна?

Мила предпочла ограничиться парой безобидных фраз, чтобы скрыть то волнение, которое каждый раз наполняло ее сердце смятением и судорожным восторгом, как только речь заходила об отце Поля.

Она даже себе не могла ответить, что это было. А может быть, боялась, ведь еще ни один мужчина не вызывал в ее душе таких противоречивых чувств: растерянности и нежности. Мила, конечно, лгала: в ее жизни был такой человек, но она предпочитала об этом не думать.

– Ну окей. Ты ездила к матери? – серьезно спросила Бет, снова откинувшись на спинку дивана, показывая, что тут она без подробностей не отстанет.

– Да.

– И? – Бет вопросительно подняла изогнутые тонкие брови. – Что она тебе сказала?

Милен вместо ответа лишь неопределенно дернула плечами, изобразив безразличие на лице.

– Что, совсем?

– Почти. Сказала, что документами на усыновление занимался отец, а она, как обычно, не в курсе.

– Возможно, она действительно не в курсе?

Милен посмотрела на подругу с укором.

– Ну, ладно, может быть, ей неприятно об этом говорить.