Эльфийский для профессионалов

Только унесите их побыстрее: русалочьи волосы так быстро портятся… Позвольте выразить вам свое сочувствие и надежду на скорое избавление от недуга, заставляющего вас идти на такие жертвы.

Лицо торговца перекосило. То ли он оценил мою смекалку, то ли вспомнил, как пахнут порченые волосы русалки… А ведь он их, судя по цвету лица, нюхал. И немудрено: в свежем или правильно законсервированном виде волосы русалки могли транспортироваться хоть на край света, но довезти их, ничего не нарушив… Не было на моей памяти таких удачливых торговцев.

А уж добровольно пойти на вскрытие целой партии, зная, что никто не станет церемониться или помогать избавиться от зловонной ноши…

Торговец побагровел.

– Я этого так не оставлю! – грозно крикнул он и, отбросив старательно заполненные мною листы, выскочил из кабинета.

Я скептически усмехнулась: пусть возвращается. Протокол он подписал, партию товара уже описали и заверили, отказ забрать «личные вещи» сейчас оформим.

А дальше – бесхозное имущество переходит короне. Жаль, что не царской.

– А с вами приятно иметь дело, – заключил лорд Каэль, поднимаясь, чтобы проводить меня. – Пожалуй, теперь мне ясно, что в вас нашел Эльран и отчего Алестаниэль перестал походить на прежнего себя. Вы достойный противник, леди.

– Вы рассматриваете меня в таком качестве? – настороженно переспросила я, пропуская мимо ушей сомнительные комплименты.

– Допускаю вероятность, – ушел от прямого ответа эльф.

 – Не хотелось бы иметь с вами дело через пару лет, особенно если придется работать по разные стороны баррикад.

Я покладисто кивнула, прикусывая язык, чтобы не ляпнуть что-нибудь несоответствующее моменту. Меня, можно сказать, признали. И, возможно, если мне повезет, допустят до чего-нибудь поинтереснее сшивания отчетов трехлетней давности.

Я ведь не лукавила, говоря об опыте работы с документами. Опыта делопроизводства у меня было куда больше, чем опыта изящной словесности, да и здесь последнему было не суждено появиться.

При виде моих человеческих ушей воспитанные эльфы переходили на таан-реннский, а невоспитанным было все равно, понимаю я их или недоуменно всматриваюсь в собеседника, силясь по лицу прочесть его желание.

Смилостивившись, эльф отпустил меня.

– За проявленную наблюдательность и инициативность отпускаю вас отдыхать.

– Благодарю, милорд.

Книксен исполнила привычно.