Скандал – не повод жениться!

– Вот и все, – позволил себе легкую улыбку Анфатанар, поймав мой взгляд. Я потеряла последнюю возможность отвернуться или зажмуриться, только зло прищурилась, недовольно дернув ресницами. А дальше посыпались вопросы. Обычные вопросы анкеты, которую вас попросят заполнить на улице для социального исследования. Имя, ник, возраст, пол, образование, любимый цвет, количество членов семьи, домашние животные, цель посещения лайнера, проникновения на гостевой уровень…

Недоброе я почувствовала еще на первых порах, когда встал вопрос о нике.

Соврать не получилось, что-то внутри отчаянно сопротивлялось, забыв и о прежней скрытности, и о грозящих неприятностях. Чудом я успела вспомнить о своем старом, самом первом аккаунте. К нему не было привязано ни каналов, ни монетаризированных страниц, и связать его с Амбертон… Я возрадовалась и честно ответила:

– Тина Майнрафт.

Риентанец кивнул, принимая ответ, но задумчивости на его лице прибавилось. Не ожидал. Впрочем, это было предсказуемо. Из двух сотен моих сетевых друзей ники не менял никто, предпочитая работать на имя с самого начала и вот таких ситуаций, как у меня, не возникало.

Дальнейшие ответы не могли никак повлиять на ситуацию, ибо просчитывались заранее и не отличались от сотен других, которые дали бы совершенно обычные люди. Ни возраст – двадцать три года, ни пол – женский, ни цель поездки – путешествие и отдых, не могли выделить меня среди других пассажиров-людей. С проникновением на гостевой уровень было сложнее, вкупе с моей незаинтересованностью старшим братом, соврать что-нибудь убедительное про неземную любовь и вовсе смешно.

– Захотелось посмотреть на оформление уровня, – нашла нейтральный вариант я. Учитывая, что это было правдой…

Анфатанар нахмурился еще сильнее. Кажется, меня подозревали в нехорошем.

– То есть вы не участвовали в провокации против меня?

– Нет, и если бы не вы, этого всего бы не случилось, – хмуро заметила я.

– Вероятно, – медленно произнес риентанец, уходя в свои мысли.

Напряжение, не дававшее мне отвести взгляд и наказывавшее головной болью за желание соврать, схлынуло.

– Вы узнали все, что хотели? – не слишком дружелюбно осведомилась я, массируя виски.

– К сожалению, нет, – признался мужчина, поднимаясь. – Придется продолжить чуть позже, когда вы отдохнете. Не хотелось бы, чтобы последствия нашего общения пагубно отразились на вас.

– Почему?

Риентанец позволил себе первую добрую, чуть усталую улыбку.