Отпуск в другом мире! Виражи глупости!

Блин, полный крындец, возражать он не будет! У меня даже напиток от возмущения в палке закончился! Я взяла кинжал и сделала надрез в соседней.

– Я правильно поняла, все дело в утреннем купании и твоей кофтейке?

– Да, Керон нес для тебя сухую одежду, а ты выбрала мою! – опа, даже так! – Мы с ним не хотим ссориться, но ты нам обоим понравилась. Нам нужен твой ответ. СЕЙЧАС!

– КАПЕЦ, – пробормотала я и от поворота событий сделала большущий глоток из трубочки. Шиш им, а не ответ! Мне может, вообще из них никто не нравится!

Глава 4.

Какие тут интересные ящерицы бегают!

Ответ им было не судьба услышать, особенно сегодня. Как оказалось, этот чертов бамбук не просто так был разных цветов. И, о чудо, я стала такой сногсшибательной красавицей, что теперь приходиться лицо свое прятать от окружающих, так как у меня, мягко говоря, губы как после неудачного ботокса. И если это еще полбеды, то онемевший язык и слюни текущие рекой – КАТАСТРОФА, ибо выражение «ручьем» не охарактеризует даже половины того потока.

– Не переживай, через два дня все пройдет, – успокоил меня Бернхард, пытаясь спрятать улыбку.

«Через ДВА ДНЯ?!» У меня аж непослушный язык, который я уже полчаса запихивала себе в рот, вывалился от возмущения.

– У-У-У! – завыла я, упав на колени.

– Да не переживай ты так, все равно красивая, – рокочущим голосом проворковал он, присев рядом на корточки.

Я аж замерла, иронично выгнув бровь, мол, что, правда что ли?

Хмыкнул, выпрямился, направившись к пушистому кусту.

Сорвал с него бархатистый листик и, улыбнувшись, протянул его мне. Не поняла этого жеста, честное слово! Даже нахмурилась подозрительно. Заржал, приложив его к моему языку. О чудо! Волшебное растение как губка впитало все мое слюнотечение. Видно, не я одна такая тут, не зря же эти кусты на каждом шагу растут! Пошла и еще с десяток нарвала себе, а то один как-то неактуально на данный момент.

– Завтра утром отек должен сойти, останется только онемение, но тебе будет заметно легче говорить, понятно? – спросил меня Бернхард.

– Уфу! – кивнула в знак согласия и, забравшись ему на руки, положила голову на плечо, да так и заснула по дороге домой.

***

Проснулась ночью от медвежьего рева. Села кутаясь в мех. Огляделась, сонно протерев глаза, не веря в то, что вижу. Я была все на той же поляне, рядом мерцая горел фиолетовым пламенем костер, за которым вдалеке сражался огромный черный медведь.