Вселенная номер два

Кирилл, заметив, что на столе все еще стоит пакет молока с кровавой пятерней на боку, быстро сунул пакет в холодильник и кивнул.

– Слушай, я лохонулся! – произнес он, сам с удивлением вслушиваясь в свои слова. – Сорян! Как дурак, увидел на балконе пальто старое, которое сам же туда и повесил, и чего-то пересрал. Думал, реально кто-то в квартиру влез. Тебе написал, пошел на балкон проверить – и понял, что затупил!.. Прости, а?

Дима все еще взирал на Кирилла с сомнением. Но потом опустил биту и хихикнул.

– Во ты дебил!

– Не спорю!

– А чего не перезвонил, не сказал, что все в норме?

– Решил продлить интригу! – хмыкнул Кирилл, наливая в чашки кипятку. – Помнишь, как ты меня разыграл, в Крыму, когда сказал, что медведя видел?

Дима, расплывшись в довольной улыбке, присел за стол.

– Блин, ты бы свое лицо тогда видел! – хохотнул друг. – Я думал, ты прям в трусах пешком в Москву свалишь!

Кирилл достал и положил на стол начатую пачку печенья.

– Короче, мы квиты!

Чаепитие немного затянулось, но Кирилл старался держаться спокойно и как мог, поддерживал диалог с товарищем, который пустился в воспоминания о поездке с палатками к морю, которую они с компанией друзей организовали после второго курса.

Лишь изредка бросал выразительный взгляд на часы на стене. Дима, наконец, тоже глянул на циферблат, крякнул: «Бля, уже почти час, что ли?», и поднялся с места.

– Все, я поехал. В следующий раз, блин, если к тебе реально грабители влезут, хрен я тебе помогу! – незлобиво пригрозил друг и направился к входной двери.

Еще через минуту Кирилл запер за Димой замок. На какое-то время, пока друг был в квартире, ему почти удалось забыть о теле, спрятанном на балконе. Но сейчас, когда Димон ушел, у него снова тягостно заныло в груди. Кириллу отчаянно хотелось заорать во весь голос. Вместо этого он, помедлив, вышел на балкон.

Там, отодвинув коробки и отогнув в сторону край паласа, Кирилл долго смотрел в собственное бледное окровавленное лицо.

Потом достал из комода спрятанную пачку сигарет, зажигалку, вернулся на балкон и впервые за несколько месяцев закурил.

Закружилась голова. И все же тяжелый дым принес Кириллу облегчение. Облокотившись на перила, он задумчиво смотрел в темноту – туда, где за длинной, чернеющей в ночи лесопосадкой виднелось едва различимое в свете луны старое кладбище. Докурив, Кирилл выстрелил во тьму окурком и едва заметно улыбнулся.