Время совершать ошибки

Не знаю, сколько она скажет… Заплати, плиз, а?!?!

– Так тебе на руки деньги не нужны, а надо проверить почту и все?

– Ну, да.

– Если так, то давай отойдем в сторонку… – они отошли и присели на ближайшую скамейку. – Называй свои данные.

Орлан заботливо достал из внутреннего кармана данные, написанные матерью, передал рыжему. Тот небрежно взял, что-то потыкал у себя в устройстве и, правда – показался его почтовый ящик с одним непрочитанным письмом. Руки опять предательски вспотели. Рыжая бровь приподнялась, но Стивен отвел руку с устройством в сторону.

– Так что мне за это будет?

– Давай еще раз съездим и полазим там же… – от безысходности предложил Орлан, хотя внутренне весь сжался, вспомнив удручающие обстоятельства.

– Нет! Мне это больше не нужно! – словно издеваясь, щерился Беркли.

– А что нужно? – подупавшим голосом осведомился Шкварок.

– Начистишь морду опять Гнески? Тогда прочитаешь!

– ЧТО??? – ему стало совсем не по себе. Во-первых, никто об этом не знал, это был секрет, а во-вторых, если он так сделает, то ему точно крышка! В этот раз навсегда!!! Мало ему красных крестов на роже у работодателей???

– Чего сопишь? Сам же сказал, что все сделаешь! Так и делай, что велено!

Орлан замотал головой и отвернулся.

Ну, почему он совсем бомж? Даже элементарное приходится выпрашивать! Он сглотнул, но обида на жизнь прямо застряла в горле… Быть за несколько кликов до желанного письма и полный облом! Нет, он не сделает больше, как делал когда-то! Он очень и очень пожалел о своем прежнем поступке.

– Так что? Чего молчишь? – опять спросил рыжий.

У Орлана совсем перехватило дыхание. Змея-обида на все сразу давила его не по-детски! Он неуклюже поднялся и боком, как каракатица, стал отползать от скамейки. В одном глазу даже появилась предательская слеза, но это еще ничего не значит, абсолютно ничего!!!

– Та ладно! Неужели зассал? – хохотнул рыжий. – Ну давай, иди сюда, – похлопал тот по скамейке рядом, – что-нибудь придумаем!

Орлан только отрицательно замотал головой, развернулся и бросился бежать прочь из школы.

Уже на улице начал слезится глаз, он вытирал его на ходу.

«Остолоп! Дурак! Как я мог считать, что этот Беркли мне поможет после того, что он сделал с Бодей и остальными??? Конечно, я – лох! Я не заслуживаю к себе хорошего отношения!!! Даже когда-то представлял, что он – мой друг!!! Я смешон даже сам себе!» – эти и подобные мысли одолевали его всю дорогу, пока летел домой.