На перепутье миров

Стоило остаться наедине с собой, как события последних месяцев захватывали и я переживал их вновь и вновь, опасаясь что когда-нибудь сойду с ума.

Я снова находился на Земле. Жена и дочь были живы. Они стояли перед внутренним взором такие реальные, осязаемые, и возвращение к действительности было всё более тяжким. Я бы не просыпался вовсе. Непонятно, что заставляет меня проживать день за днём. Без надежды. Без веры. Без желания жить.

Но так уж вышло, что именно эта привычка коротать ночные часы в полудрёме сегодня спасла жизнь нескольких землян.

Шлюз коротко всхлипнул, расходясь в стороны. Я приподнялся на локте, вглядываясь в пришельцев сквозь полумрак.

Появились трое. Неопределённо-туманные личности, колеблющиеся, как привидения. Самый высокий склоняется над девушкой, калачиком свернувшейся в углу. От головы инопланетянина, от его рук к спящей тянутся нити – они сплелись в кокон так быстро, что я не успеваю осознать происходящее. Вот связанная спящая девушка приподнимается, вокруг неё возникает свечение – и она исчезает.

– Стойте, что вы делаете! – от моего крика никто не просыпается. Вот оно. Вот решение моей проблемы. Какое счастье, что я больше не могу спать!

– Не надо. Не забирайте больше людей. Я сам отправлюсь с вами. Не буду сопротивляться. Я согласен на всё. Вам нужны материалы для исследования? Заберите меня! Не троньте остальных!

Высокий подходит ко мне. От него веет равнодушием – что ему просьба одного из пленников, они все и так во власти хозяев.

– Пойдёшь с нами, – металлический высокий голос звучит в моей голове, – остальных не будем исследовать.

Двоих пока хватит.

Вздыхаю с облегчением. Такой вот вариант меня устраивает. Хоть не напрасно умру. А у остальных появится призрачный шанс на спасение.

– Землянин, название – мужчина, обозначение – Зор. Добровольное согласие на исследование.

Металлический голос отдаётся эхом в мозгу. «Каково это – умереть? Теперь я знаю это. Умереть – значит потерять всё. Даже желание жить». Я прикрываю глаза.

Будет ли это больно? Страшно? Неважно. Я больше не хочу жить. Совсем.

Флинт

Тридцать четыре. Блин блинский, опять двое исчезли. Теперь – малышка и Зор. Это трындец. Без Зора тяжко придётся. Хотя о чем я. В этой тюрьме без окон и дверей мы как куры-гриль в кулинарии. Наши хозяева просто выбирают то одного, то другого. Кричи, бунтуй – не поможет. Им по фиг.

Присаживаюсь рядом с Мадом. Великан задумчив. Думай, не думай – мозги были у Зора.