Санаторий строгого режима

Руки и ноги в ссадинах, на животе шов, но похоже он уже зажил. Правильно сказал врач, она будто в мясорубке побывала, что ж там за Кукушка такая, что смогла так изувечить человека, тем более что, судя по всему, драка длилась всего пару минут. Да уж, тело-то заживет, как же теперь вспомнить все.

Изучив свое тело, и слегка успокоившись, Вера снова погрузилась в сон, надолго ли – неизвестно, но на этот раз все было иначе. Она увидела во сне парк, на дорожках которого лежали пожелтевшие листья. Она прогуливалась по территории и будто кого-то искала, вот он, сердце замерло, вдалеке появился едва различимый высокий мужской силуэт.

Сердце наполнилось любовью и радостью, но в тот же момент она вынырнула из забытья, ее снова вырвали оттуда сильной рукой. Снова открыв глаза, Вера вернулась к своей новой такой нереальной реальности. Рядом с ней на кровати сидел Степан Степанович.

– Тебе, похоже, что-то приятное снилось, ты улыбалась.

– Да уж, странное чувство, я будто побывала в своей обычной жизни, вот только она никак не связана с тюрьмой.

– Ну, такое бывает, ты же жила как-то до заключения, возможно это хороший знак, может, через сны ты начнешь что-то вспоминать.

– Надеюсь, мне это очень нужно.

– Так хватит болтать, у меня работы еще полно, я хочу проверить твою двигательную активность и снять швы.

Доктор начал выполнять свою работу. Аккуратно сняв швы, он начал прощупывать все кости Веры, одну за другой, сгибая и разгибая поочередно каждую руку и ногу. Проверив все и кажется, оставшись довольным, он встал и уже готов был уйти…

– Подождите, пожалуйста, вы обещали принести зеркало, – напомнила девушка.

– Ах да, надеялся, что ты не вспомнишь. – Он достал из кармана маленькое складное зеркальце, какие носят девушки в своих сумочках.

Вера взяла его в единственную свободную руку и поднесла к глазам. Отражение мало ее порадовало, сквозь стекло на нее смотрело страшное опухшее создание с синевой вокруг глаз и распухшей с одной стороны скулой.

Бровь так же видимо была зашита.

Степан Степанович проследив за ее взглядом тут же сказал:

– У меня был чуток само рассасывающихся ниток, так что бровь я тебе зашил ими, чтоб шарм в тоге был поменьше, когда все заживет.

– Спасибо! – Только и смогла вымолвить она, после чего захлопнула зеркальце и передала его доктору.

Она снова улеглась на кровать и, свернувшись калачиком, закрыла глаза, но тут же взвыла от боли.

– Что случилось? – Вернулся доктор.