Дверь потерянных ключей

Дверь потерянных ключей

Наталья Моисеева

Эльзе не повезло. На ее детство выпало тяжелое время Второй мировой войны. А после смерти любимого дедушки она и вовсе осталась беззащитной. Пытаясь спастись от нападения немецких солдат, девушке ничего не остается, как спрятаться за дверью, которая приведет ее на совсем другую войну, где ей уготована решающая роль. Стоило ли Эльзе открывать дверь, что всю жизнь так яро охранял дедушка?

Наталья Моисеева

Дверь потерянных ключей

Глава 1

Она ступает медленно, желая как можно дольше оставаться в пути.

Не то чтобы ей не хочется вновь оказаться здесь. Она бы обязательно вернулась в это место. Но только не сейчас. Не так скоро.

Улицу освещает весеннее солнце, по-летнему яркое и теплое. Деревья принимают в гости свиристелей и воробьев. Слух ласкает их стройное пение под барабанную дробь дятлов. Небо висит синим покрывалом над сонным воскресным городом. А на окне красуются пушистые лиловые шапки сирени, повествуя о чем-то важном.

Мелкие цветы перешептываются друг с другом и глядят через стекло, склоняя нежные лепестки, будто приглашая войти внутрь. Грустно увядая от прямого солнечного света, сиреневые ветки устало роняют листья, требуя взамен чудного сладкого аромата тени и глоток холодной воды напоследок.

Ласковый майский ветер обнимает верхушки деревьев, путаясь в именах и разнося по городу сладкий пьянящий аромат яблоневого цвета. Шелковые круглые лепестки падают на землю белым снегом. Скоро здесь появятся первые ранетки.

Их нежно коснется теплое солнце, а его лучи ярко нарумянят еще зеленоватые плоды.

Город преображается весной. Становится уютным и приветливым. В то время как зимой он хмурит пушистые снежные брови и прогоняет людей метелью с угрюмых улиц. Весна осторожно, но настойчиво приглашает на чашку лавандового чая теплое лето, предвкушая июньский запах только что распустившегося шалфея и созревшей земляники.

Девушка не решается войти. Еще немного постоит здесь, чтобы привыкнуть окончательно к тому, что это место стало другим.

В этих кирпичных стенах за деревянным крыльцом и печальными глазницами окон с облупившейся белой краской на рамах не осталось и следа от вчерашней жизни: кипящей, волнующей, счастливой.

Озорной бродяга-ветер все еще хулиганит, перебирает волосы, пробегается по лицу и взлетает ввысь, чтобы пошелестеть только что проклюнувшимися хрупкими листьями. Колокольчики над дверью приятно шумят, маня и одновременно отталкивая.