Давай поженимся! (сборник)

Она поставила перед ним чашку, опустила пакетик с черным чаем, себе в чашку положила ромашковый, налила кипяток.

– Лара?!

– Да, я сейчас скажу. – Как с обрыва в воду: – Максим, я выхожу замуж, и у меня будет ребенок.

Он хлопнул глазами, несколько раз зажмуривался и открывал глаза, точно не мог уяснить смысла произнесенной фразы.

– Еще раз! – попросил Максим.

– Я выхожу замуж, и у меня будет ребенок.

Вторая попытка далась Ларе гораздо легче. Она говорила почти свободно и с улыбкой.

– За кого? – медленно спросил Максим.

 – За кого ты выходишь замуж?

– За Витю Сафонова.

– И кто у нас Витя Сафонов?

– Мой давний друг, любит меня с тех пор, как в детском саду сидели на соседних горшках.

– На горшках – это хорошо, романтично, как в кино… в кино запаха горшков не слышно.

Лара знала это выражение лица Максима. Это выражение никогда не было обращено к ней. Он по телефону иногда разговаривал из ее квартиры по служебным делам. Бывало, просто диктовал, приказы озвучивал. А бывало, вкрадчиво выспрашивал, явно повторяя последние слова собеседника («Вы говорите, в банковском переводе цифры спутали?» «Как-как, простите, вице-мэра Урюпинска зовут?»), собирался с мыслями, чтобы нанести удар, точный и неотразимый.

Максим убежден, что бить надо с умом: или наповал, чтобы забыть навсегда о человеке-проблеме, или больно ранить, чтобы хромая пошкандыбал выполнять, что требуется. Лара тогда удивилась: «Я думала, ты цивилизованный бизнесмен, соперников не отстреливаешь и утюги к их спинам не прикладываешь».

Максим рассмеялся и сказал, что ему льстит быть принятым за бандита, но в тюрьме сидеть не хочется. Эпоха отстрела противников в российском бизнесе почти сошла на нет. И самое грозное оружие по нынешним временам – бумага и авторучка.

– Витя Сафонов замечательный человек, – прервала Лара затянувшееся молчание.

– Кто бы сомневался, – процедил Максим. – Но как я-то лопухнулся! И башка не чесалась.

– Какая башка? – не поняла Лара.

– Логично было бы предположить, что, когда рога растут, башка зудит.

– А! – рассмеялась Лара. – С твоей физиологией все в порядке. Работает как часы. Проклятые часы, заведенные дьяволом! Ребенок не Витин, а твой. С Витей у нас ничего романтичного, – она издевательски подчеркнула последнее слово, – не было. Пока не было.

– Тем не менее он на тебе женится? На беременной неизвестно от кого? Он, вообще, в курсе?

– Еще – нет. Мы завтра встречаемся. Сегодня – вечер расставания с тобой.