Нам не понять друг друга сразу

 – Только представь во что превратится наш дом, если их станет больше.

– Он слишком прожорлив, – привычно не поддался я на уговоры. Зная привычку родителей одаривать всех близких и друзей питомцами, уже не один десяток лет отчаянно сопротивлялся этой участи. – Если бы вы его кормили чуть меньше – его не так тянуло бы размножаться. И вообще, мне от Оболтуса в детстве больше всех доставалось. Так что теперь положены всяческие преференции в виде отдыха от его неусыпного присутствия до конца дней моих.

Последнее произнес уже с картинным смехом, следуя за отцом к спальне – видимо, мама сейчас там.

– Ты же старший, – с покаянным видом признался он, бросив на меня любящий взгляд через плечо. – Оболтус всегда с особым рвением относился именно к твоему воспитанию. Что до питания, то мы с Оленькой уже многие годы пытаемся усложнить ему процесс добывания еды, но он раз за разом демонстрирует все более высокий уровень интеллекта, проходя очередной запутанный квест по ее поиску.

Эта тема в нашей семье всегда служила неиссякаемым поводом для шуток. Наш капризный тиран-питомец гордился своим собственным «первенцем» до такой степени, что его в буквальном смысле раздувало от счастья, стоило заговорить на эту тему. А уж после того как стало известно о роли юной гирденции в освоении новой планеты – Оболтус едва ли не полагал его единственно возможным идеалом любого потомства.

И второе – кроме своей хозяйки злополучный кактус уважал только сбалансированное и обильное питание.

Остановить его на пути к вожделенной еде не могли никакие преграды. Извечное развлечение моих родителей – попытка посадить его на строгую диету.

– Это да, – тяжко вздохнул я, в душе подозревая, что вопреки всему в иерархии пронырливого обжоры я навеки буду где-то на ступеньку ниже его собственного первенца. – Но как я после таких тягот взросления могу согласиться поселить у себя подобное чудовище?!

– Будь объективен, – поднявшись на второй этаж дома-дерева, отец задорно рассмеялся, – порой он бывает крайне мил.

И даже забавен! А уж когда вынужденно разлучается с твоей мамой, трогательно скучает. Не поверишь, порой забывает поесть!

А я замер, как и в детстве восхищенно всматриваясь в его преображенное радостью лицо. Мне о способности так проникновенно и эмоционально воспринимать окружающий мир пока остается лишь мечтать. Мы – неймарцы, раса крылатых гуманоидов как называют нас на других планетах.